Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 85 – Алиса Перова

— Именно! — радостно согласился он и посмотрел на меня. — Поэтому, деточка, когда будешь ваять своё художество на фоне ростовой шкалы, то не забудь подчеркнуть разницу в шесть сантиметров. — И уточнил на всякий случай: — Я выше.

И в этот момент все почему-то взглянули на маленькую Айку, а Кир поспешил разлить коньякпо бокалам.

— А что вы смотрите? — сестрёнка невозмутимо пожала плечами. — Я на этот кусок не претендую, у меня свой кит есть. И если уж речь о гигантских китах, то все его органы вполне соответствуют этой махине.

Я же решила благоразумно умолчать о реальных размерах, а Айка продолжила:

— Другое дело ёжики или селезни — вот там жуткое несоответствие. Нам Стешка читала недавно.

— А что ж там такое с ёжиками? — испугался Геныч и вопросительно уставился на меня, как будто я главный специалист по этим… этим штуковинам.

Я уже не рада, что затеяла этот дурацкий разговор и не знаю, куда девать глаза. Просто меня очень интересует мир животных… но кому я это буду объяснять?..

— Ты бы, Гена, лучше спросил про уточек, — перетянула на себя внимание Айка. — У них там вообще караул! А есть порода уток, у которых писька равна длине тела. Стеш, сколько там — полметра, да?

— Чего-о?! — одновременно прогрохотали парни.

— П-почти, — пробубнила я себе под нос и присосалась к чашке, а Кир тут же полез гуглить в телефоне.

И тут в кухне началось такое бурное оживление! И даже Наташа включилась очень активно. Вот как так — когда я всё это пересказывала сёстрам, мне тоже было весело и не было никакой неловкости… А сейчас я готова сквозь землю провалиться и сделать с собой ничего не могу. А всё из-за Геныча.

— Вот чёрт! — озадаченно изрёк Кир, уткнувшись в телефон. — Это аргентинские озёрные утки… и да — у них сорок два сантиметра… по форме напоминает штопор… и с шипами…

— Жесть! — пискнула Наташа и поёжилась. — А шипы там зачем?

— Наверное, для причинения тяжких телесных наслаждений, — прошептал Геныч, перекрестился и опрокинул в себя коньяк.

— Шипы для красоты и устрашения соперников, — пояснил Кир и с нервным смешком спросил: — Геныч, а ты же так любишь кормить уточек… неужто не заметил?

— Ну-у… может, они не сочли меня достойным соперником… иначе я бы очень сильно устрашился. Или это были уточки-девочки, — и Геныч почему-то снова уставился на меня и потерянно пробормотал: — Надо же… штопор!..

Ну всё — с меня хватит!

Выдавив из себя улыбку, я встала из-за стола, контролируя каждое своё движение, чтобы не рвануть наутёк, и на вопросительный взгляд Айки пояснила:

— П-пойду водичку собакам поменяю.

Как же хорошо во дворе ночью! Август тут же ломанулся мне навстречу, на радостях едва не забив себя хвостом до смерти. А Пушок только чуть подался вперёд, внимательно вглядываясь мне в лицо. Умнички мои! С собаками намного проще, чем с людьми — они любят меня беззаветно и всегда так внимательно слушают. С ними можно не притворяться.

Даже не знаю, сколько я просидела на крылечке рядом с моими хвостатыми терапевтами. С ними я тихонько всплакнула и даже немного посмеялась — выплеснула всё, что накопилось во мне за этот ужасный вечер.

А потом позади меня открылась дверь, и я почему-то сразу поняла, что это Геныч. Вскочила очень неловко и покачнулась, но сильные руки придержали меня за плечи. Я подняла глаза, наши взгляды встретились, и я тихо шепнула: