Книга Клятва, страница 68 – Дарья Белова

Сглатываю. Взгляд замирает на его губах, покрытых той же улыбке, как и были.

— В твоих планах сделать так, чтобы я узнала, выходит? Гиблое дело, Эдер.

— Я упертый.

— Это я заметить успела.

Алекс едва касается моих губ. Я позволяю себя целовать, но не отвечаю. Это не вредность, скорее я в попытках разобраться то, что происходит у меня в душе. Мои веки остаются открытыми.

— Можно попросить тебя кое о чем? — спрашиваю сразу, как наш (Алекса) поцелуй прекращается.

— Смотря что за просьба, — подозрительно прищуривается.

— Я не хочу больше видеть еев своей жизни. Никогда. На дух не переношу, — источаю злобу.

— Хорошо. Больше не увидишь.

— Будешь продолжать встречаться за моей спиной?

— Марта… — Алекс опускает голову, тем самым выворачивая в очередной раз мои внутренности. Он будет встречаться?

— Если хочешь продолжать наше… Общение, — вынуждена понизить тон, — ты должен прекратить любой контакт с ней.

В глазах Алекса легкая паника. Она медленно перетекает в злость и упадничество. Мне нужно, чтобы он сделал свой выбор. Ведь мне так плевать, кто она ему, когда одно имя этой сучки взрывает виски, и я корчусь от непроходимой боли. С некоторых пор я черствая эгоистка, и испытывать подобную боль не входит в список моих желаний.

— Это твоя цена за… «общение»?

Хватка на моей талии усиливается. Пальцы Алекса как твердые, грубые плети.

Я вынуждаю Эдера, наконец, определиться, и следовало бы оттолкнуть упрямца, раз он еще раздумывает.

— Хорошо, — вкрадчиво отвечает, стараясь говорить спокойно, уравновешено.

Его глаза говорят об обратном.

Выбираюсь из цепких лап и устремляюсь к спальне. Не знаю зачем и что в моих планах. Затеяне удалась. Алекс не дал мне убежать и вновь впечатал мое тело в свое.

— Ты все равно эгоистичный говнюк, Алекс Эдер, — шиплю гневно. Мне не нравится, что он вновь оказывает на меня влияние.

Алекс перебрасывает мои руки себе на плечи и, не давая сделать и вдоха, целует, погружая свой бесстыжий язык мне в рот.

Жду Марту у ее дома. Нервничаю. Уверенности в том, что она выйдет сейчас, нет, сядет ко мне в машину и поедет туда, куда я ее повезу. Совсем нет.

Смотрю на ее окна с замиранием сердца. Въедаюсь взглядом и представляю, как Марта вечером стоит и смотрит на улицу, держа в руке горячий кофе.

Она выходит неторопливо. Каюсь, успел прозевать, как открылась дверь, и из нее показалась Марта. Длинные, широкие брюки и короткий черный топ. Прямые волосы распущены. На плече болтается крошечная сумочка.

— Привет, — на ее лице играет вежливая улыбка.

Эй! Мы вчера провели в постели целый день. Целовались, трахались. А в эту минуту, с ее пустоватым взглядом, все напоминает мне встречу чужих людей.

Но Марта здесь. Она не стала выдумывать нелепую историю, в которую не поверил бы ни секунды. Приоделась, надушилась, ее губы накрашены.

— Расскажешь, куда позвал? — прикусывает нижнюю губу. Пялюсь и вспоминаю, как целовал.

Марта цыкает, пряча улыбку за наигранную рассерженность.

— Сюрприз.

— Я говорила, что не фанат сюрпризов? — подозрительно косится на машину и на пассажирскую дверь. Я берусь за ручку и открываю.

— Этот понравится.

Хлопок. Машина блокируется, и Марта даже при большом желании не сбежит. Из-за жара за ребрами скоро придется обращаться к пожарным, чтобы те начали тушить. Внутренности сгорают в предвкушении запланированной мной встречи больше года назад.