Книга Игра в недоступность, страница 154 – Моника Мерфи

И у него получается. Всю дорогу до книжного я буквально парю. Парю я и весь остаток дня, полностью захваченная чувствами к Ноксу.

Если между нами случится что-то плохое, будет ужасно больно. И все же я готова рискнуть.

Только ради него.

– А так не перебор? – Я поворачиваюсь к Натали, заранее приготовившись к критике.

На дворе суббота, на часах только-только перевалило за полдень, и мы втроем – Натали, Блэр и я – готовимся к матчу. Мы столпились у меня в ванной, разложили на столике краску для лица и теперь дружно раскрашиваем себя в цвета колледжа.

Просто безумие, как из человека, который не любит футбол и вообще не понимает, что происходит на футбольном поле, я превратилась в девушку, которая не только ходит на матчи, но еще и раскрашивает лицо, когда играет ее парень. Жизнь моя радикальным образом изменилась, причем только к лучшему.

Натали окидывает меня внимательным взглядом, особенно тщательно рассматривая россыпь красных, белых и золотых точек, нарисованных вокруг бровей.

– На матче, главная звезда которого – твой парень, перебора не бывает, – твердо заявляет Натали. – Хотя, думаю, на щеке кое-чего не хватает.

Я кошусь на себя в зеркало. Мне-то казалось, что я и так раскрашена дальше некуда.

– А что еще нужно?

– Его номер нарисовать, – ухмыляется Натали.

– Хорошая идея, – согласно кивает Блэр, хотя до обычного энтузиазма ей сегодня далеко.

Ее что-то беспокоит, и я подозреваю, что связано это с Кэмом, но не могу поднять эту тему. Может, я ошибаюсь. Может, между ними ничего и нет, но…

Я почти уверена, что у них что-то происходит. С Нат я об этом тоже не разговаривала – не хочу плодить слухи…

– Подойди-ка сюда. Я нарисую, – говорит Натали.

Я неподвижно стою, пока она выводит мне на одной щеке номер восемьдесят восемь. Смотрится хорошо, и я позволяю ее проделать то же самое с другой щекой. Теперь я похожа на фанатку, одержимую Ноксом Магуайром и влюбленную в него до беспамятства.

Последнее, впрочем, правда, так что я вполне соответствую описанию. Ха.

Мы отправляемся на стадион вместе с Блэр.

– А почему ты не с родителями? – спрашиваю я ее. Я-то думала, она захочет провести с ними время. Она с таким нетерпением ждала их приезда, только об этом и говорила.

Она тяжело вздыхает, не отводя взгляда от окна.

– Я злюсь на них за то, что они продали наш фамильный дом.

А, точно. Вчера вечером, после ужина, Нокс упоминал об этом. Мы завезли его родителей в отель, а сами поехали к нему и некоторое время просто обнимались в постели, болтали о всяком. Он рассказал, что его родители переезжают в Калифорнию, что сам он, хоть и расстроен немного из-за продажи дома детства, рад за них, и рад, что они решили пожить для себя.

– В каком смысле? – спрашивает Натали.

Блэр посвящает и ее в подробности происходящего. Я молчу.

– Я полностью понимаю, что тобой движет, – говорю я Блэр. – Но при этом понимаю и то, почему они хотят перебраться поближе к твоим дяде и тете.

– Нокс сказал, что я веду себя как избалованная неблагодарная девчонка, но я ничего не могу поделать. Я просто знаю, что мы уже не сможем вернуться домой, и у меня столько эмоций по этому поводу. Теперь, чтобы навестить родителей, придется лететь аж в Калифорнию, а Калифорния мне – не дом. – Блэр шумно выдыхает. – У меня сохранились приятные воспоминания о том, как мы проводили там лето. И на праздники ездили, особенно на День благодарения, но это ведь не то же самое.