Онлайн книга «Четыре жены моего мужа. Выжить в гареме»
|
— Нивин, это правда?! — вмешался Ихаб, — ты действительно пошла на такой кошмар только потому, что хотела бежать с этим… — он презрительно поджал губы. — Я…я… — ее голос дрожал… — ты не оставил мне выбора… Я люблю Латыпа… Я не понимаю, почему я должна стать жертвой твоих интриг… Ведь и Хамдан не любит меня… Она прикрыла глаза, пряча слезы, и отвернулась. — Когда Нивин столь смело и дерзко пришла предлагать меня себя, она не рассчитывала на то, чтобы очаровать. А вот на банальную мужскую похоть рассчитывала… Этот клинок должен был войти в мою плоть, поотму что вирус не убил раньше. Находившийся в то время Латып помог бы ей бежать с ним… Но мы начали говорить. И знаешь, что удивительно, Ихаб. Именно разговор и исцеляет. Знаешь, что произошло в итоге? В итоге кровь действительно пролилась. Моя кровь. Я капнул ею на простынь, чтобы сплетник Лейс разнес слух о том, что между нами было, по всему дворцу. С этого момента нашу договоренность с тобой можно было считать консумированной. Я понимаю, на что был твой расчет- между нами произошла, зина (араб. добрачная связь), в результате чего я обязан был жениться. Но Нивин во всем созналась. Она лишь отказалась выдавать имя своего избранника и весь их план, включая историю с вирусом. — Потому что я боялась, что ты его убьешь! Ты ведь обещал, что отпустишь! — Тебя- да, но не преступника, который в угоду плоти захотел уничтожить половину моей страны! — ярость вибрировала во мне. Ихаб дышал тяжело и часто. — Ты тут, сын Шаара, потому что являешься представителем уважаемого племени. Вы тут, улемы, потому что ваше решение авторитетно. Я вынес на ваш суд произошедшее и сейчас все должны сказать свое слово. А я скажу свое- на Нивин, разумеется, я не женюсь. И в этом нет оскорбления. Она пришла ко мне не моей женщиной. Ихаб, твои претензии ничтожны теперь. И я забираю аманат. А ты, Виталина, — перевожу горячий взгляд на ту, кто сейчас статуей стояла и слушала, — сегодня станешь моей женой. И у тебя нет права голоса. Ихаб, который стал твоим вали (араб. — опекун, надзиратель), так как обязался сохранять твою безопасность по исламу, теперь отвечает за тебя, а не ты сама. Что скажешь, Ихаб? — усмехаюсь я, понимая, что он загнан в тупик и сейчас скажет любое, что я прикажу и захочу… Глава 32 «Уведите ее в комнату. Я приду, как освобожусь», — в голове снова и снова вибрируют его слова. Его взгляд, обещающий рай и ад. Его неистовый энергетический напор, не оставивший мне пути сопротивления. Сердце горит в агонии. Полчаса назад я стала его женой по законам этой страны. Четвертой женой. Не единственной. И эта мысль продолжает меня разъедать. И в то же время, я так безоговорочно счастлива увидеть его снова, почувствовать себя под его защитой. Почувствовать его любовь… Сердце раскалывается на два полюса. Дыхание спирает то ли от предвкушения, то ли от неопределенности. Я всхлипываю, когда дверь позади хлопает. На улице все еще бушует буря. Она завывает, заскакивает остервенелыми, одичалыми порывами в щели древних иссохшихся рам… На постели новое, свежезастеленное белье, но убранство этой комнаты, ее стены, лампады на масле по углам переносят нас на машине времени далеко в прошлое. Туда, где можно было потереть лампу джинна и выпустить силу пустыни… |