Онлайн книга «Четыре жены моего мужа. Выжить в гареме»
|
Я захожу в зал- сердце вздрагивает. Вита видит меня раньше Ихаба и резко вскакивает. На ней тоже абайя, но волосы не закрыты. В моменте- укол злости, что он видит волосы, что она не прикрываетсвою красоту, но я тушу эмоции. Сейчас есть вещи поважнее… — Рад, что ты прибыл в обозначенное время, Ихаб, — произношу мужчине, который тоже видит теперь меня, подается и жмет руку. Мы перекидываемся взглядами, а потом переводим глаза на вошедших Нивин и улемов. Ихаб замирает. Сейчас должно произойти то, чего он так ждал. — Я правильно понимаю, правитель Хамдан, что сейчас все исполнится? Я привел аманат. Показать, что она в сохранности. Исполни и ты часть уговора. — Уговора, — усмехаюсь я, — невольно скользя глазами по Вите, которая сейчас мертвецки бледна, — это ты так называешь? Уговор? Не шантаж… — Я лишь хотел сохранить честь своей сестры… Ты ведь обещал, что женишься на ней… Он произносит это, а я начинаю смеяться… Смех отражается по стенам, отбивается от него бисером и снова вонзается в нас. — Сейчас будет очень важное, Ихаб. Прошу всех подойти поближе. Нам есть что обсудить прежде, чем будет проведен свадебный обряд. Итак, к делу… Я поворачиваюсь к улемам так, чтобы они не только видели меня, но и хорошенько слышали. Это важно на исламском суде шариата. Каждое мое слово- это клинок. Либо защитный меч… Но ничего, обраненное в суе, не будет утеряно. — Вчера в мои покои привели Нивин. Дочь Шаара. Достойнейшую из невест. Ее брат отправил мне ее, требуя, чтобы я исполнил часть уговора. Изначального уговора. И тут он прав, я и правда собирался брать в жены дочь Шаара. Нивин, как я сначала решил, из-за неопытности и отчаяния, желая показать свой серьезный настрой, предложила мне себя, — по залу прокатились возгласы, я выждал паузу, но продолжил, — в нашу постель она взяла кинжал… Возгласы прокатились вновь. Я улыбнулся. — Не для того, чтобы меня убить, достопочтенные улемы. Нивин опасалась за свою честь… И за сердце… Я посмотрел на ее брата. — Ты проиграл, Ихаб. Жизнь в Европе тебя ничему не научила. Ты недооцениваешь женщин. Они тоже умеют думать, чувствовать и могут сказать тебе «нет» даже в самый неожиданный момент, — на этих словах я перевел глаза на Виталину. — Нивин любила, когда жила в Европе. Она хотела этой любви и впала в отчаяние от твоих планов. Настолько… Что не побоялась разбудить древних джиннов.. — Вы говорите загадками, правитель, — вмешался один из старших улемов. Я молча кивнул. Онправ. Загадочность затягивается. Если бы наша история была романом, то я бы уже устал ее читать и рекомендовал бы своим читателям пойти и переключиться на нечто более короткое и незамысловатое. Но раз уж есть те, кто все еще тут, с нами, то самое время открыть все карты. — Заходи, Латып! — говорю громко, зная, что тень доктора сопровождает нас с самого выхода из дворца. Возможно, если бы не охрана, он бы попытался в отчаянии напасть и выцепить из моих рук свою любимую, но он ведь доктор. Кому, как ни ему, здраво оценивать свои риски, силы и перспективы. Он выходит из тени. Как ассасин. Лицо скрыто черной тканью. Глаза налиты кровью. Он кидается враждебными взглядами от меня к Ихабу и обратно. В руках сжимает оружие… Ихаб тоже хватается за пояс, но я его останавливаю. — Сегодня не будет крови, Ихаб. Как минимум, не сейчас. Достопочтенные улемы, вы здесь. Как свидетели. И только ваш суд определит, какова будет судьба всех участников этой истории любви. Говорят, власть ее сильнее. Говорят, любовь- слишком слабое чувство, чтобы влиять на судьбу целого государства… Жизнь же показывает, что только любовь и толкает людей к настоящему прогрессу, открывает глаза, заставляет смотреть на этот мир шире и под другим углом, чем ты бы смотрел по привычке, думая только о власти и ее благах. |