Книга Один неверный шаг, страница 164 – Оливия Хейл

Похоже, теперь не нужно ни о чем из этого беспокоиться.

Мероприятие в галерее состоится завтра вечером. Я знаю, сколько труда она вложила, как это важно для нее, и планировал там появиться. Смотреть, как она впечатляет коллег и гостей, и видеть искреннюю радость.

Но теперь...

Мое появление может все испортить. И не совсем уверен, как уже удалось все запороть, но будь я проклят, если заставлю ее чувствовать себя неловко в самый важный день в карьере на данный момент.

Вместо этого связываюсь со своей ассистенткой.

Я: Отправь сто розовых пионов в «Стерлинг Гэллери» завтра вечером.

Возможно, мне не стоит там появляться. Но это не помешает, несмотря ни на что, сделать вечер чуточку особеннее.

В галерее многолюднее, чем я когда-либо видела. Мы с Адьей здесь с самого раннего утра: проверяли каждую деталь, готовили наполненное воздухом пространство к приему людей.

Теперь они здесь — с бокалами шампанского в руках, стуча каблуками и модельными туфлями по паркету. Главные двери распахнуты на площадь, а в просторном фойе группа играет негромкую музыку.

И кажется, будто меня здесь вовсе нет.

Будто не могу сосредоточиться, не могу думать, не могу включиться в происходящее.

На столе в заднем офисе стоит гигантский букет пионов. Такой огромный, что на его фоне компьютер кажется крошечным; такой огромный, что все коллеги вскинули брови и издали негромкое «о-ох» и «а-ах», когда цветы доставили. К ним была приложена записка.

Харп,

Поздравляю с праздником. Я знаю, как много труда ты в него вложила, и заслуживаешь всего успеха в этом мире.

В груди возникает острая колющая боль оттого, что Нейта сильно не хватает. Прошло всего несколько дней с тех пор, как я переехала в отель, стала плакать по утрам в душе и изо всех сил стараюсь о нем не думать. Чаще всего не получается.

Как сейчас.

Пока обвожу взглядом зал, смотрю на улыбающиеся и весело болтающие лица, на Адью, демонстрирующую прекрасную абстракцию Кови группе невероятно одетых посетителей... я чувствую оцепенение.

Сосредоточенность на работе — единственное, что поддерживает во мне жизнь с тех пор, как ушла из таунхауса Нейта. Я с головой ушла в дела и приветствовала любую возможность отвлечься от собственных мыслей.

Ко мне подходит Итан. Весь вечер он был неуловимой мишенью: разговаривал с гостями, следил за тем, чтобы клиенты, которые регулярно покупают картины, были довольны и чувствовали себя особенными. В руке у него бокал шампанского, из которого, насколько могу судить, он за два часа не отпил ни глотка. Умный ход.

— Все идет хорошо, — говорит он.

Я киваю.

— Да. Думаю, у нас уже есть несколько соглашений о покупке.

— Да, есть. Большая скульптура Джексона Барна продана.

— Правда?

— Да. И очень вовремя, — говорит он, и мы оба посмеиваемся. Эта работа не только слегка пугающая, но и настолько огромная, что занимает половину Западного зала галереи. — Я нигде не видел Натаниэля Коннована, — замечает он. — Несмотря на то, что он был подтвержденв списке гостей.

Я оглядываю собравшихся меценатов.

— Да, он планировал прийти, но дела помешали появиться. Я получила сообщение всего несколько часов назад.

Ложь легко слетает с языка. Интересно, не у Нейта ли этому научилась? Ложным впечатлениями всему такому.

Итан кивает.

— Дела часто мешают. Что ж, надеюсь, вы дали ему понять, что мы будем рады устроить частный тур в любое время.