Книга Один неверный шаг, страница 183 – Оливия Хейл

— До тебя я никогда не спал ни с одной женщиной в этом доме.

Ее глаза расширяются.

— Никогда?

— Нет. Харпер... с того дня, как встретил тебя, я потерял интерес к остальным. С тех пор как увидел тебя в том баре четыре года назад, встреч-то было раз-два и обчелся.

Ее зеленые глаза прикованы к моим. В них читается такая мягкая уязвимость, в которой мог бы утонуть.

— Правда?

— М-м. Ни к чему это не приводило, потому что я был эмоционально завязан на тебе. Было бы нечестно по отношению к кому-то другому поощрять отношения, когда был влюблен в тебя.

Она сглатывает.

— Понимаю. Я...

— Не извиняйся, — тихо говорю я и убираю прядь волос с ее лица. — В этом нет нужды. У тебя был свой путь, у меня — свой. И я очень, очень рад тому, куда нас обоих это привело.

Улыбка кривит ее губы.

— Ты романтик, ты в курсе?

— Прекрасно осведомлен, — усмехаюсь я. — Это было моим проклятием, пока не стало силой.

Она тихо вздыхает и кладет голову мне на грудь. Какое-то время мы лежим в уютной тишине, рука поглаживает нежную кожу на ее плече, прежде чем Харпер снова заговаривает.

— Осталось открыть еще одно письмо.

Я вздыхаю.

— Знаю.

Она тянется к плотному конверту, лежащему рядом с нами на пледе, и переворачивает его, показывая штамп на обороте. Бланк, который я узнаю слишком хорошо. «Контрон». Но имя на лицевой стороне мое, и написано оно почти неразборчивыми каракулями отца.

Я перевожу взгляд на небо.

— Если он опустился до излияний в рукописных письмах, не уверен, что хочу это слушать.

— Твои брат и сестра получили письма?

Я глубоко вздыхаю.

— Да. Групповой чат с Конни и Алеком взорвался три дня назад, когда они получили свои письма в Нью-Йорке. Моему потребовалось больше времени, чтобы пересечь океан.

Они советовали прочитать его.

Конни: Ого.

Алек: Мне нужно время, чтобы это переварить.

Алек: Давайте спишемся через пару дней.

Что могло быть хорошим знаком. Или, что более вероятно, очень плохим.

— Можешь прочитать.

Руки Харпер замирают на конверте.

— Ты уверен?

— Да. Мне нравитсятвой голос, — я закрываю глаза. Слушаю звук разрываемой бумаги и ее короткий удивленный вздох.

— Оно совсем не длинное.

— Он человек лаконичный, — сухо замечаю я. — Теперь, когда мы все за один год восстали против него, решил вычеркнуть нас из завещания? Или предлагает выкупить доли в «Контрон»?

— Нет. Он просит прощения, — тихо говорит она.

Я открываю глаза. Это невозможно.

— Прочитай.

Харпер откашливается.

— Нейт. Ты мой второй ребенок. Больше всех похож на мать. Сейчас ты в Лондоне, работаешь на «Контрон».

— Начинает с перечисления фактов, — бормочу я. — Это не к добру.

Она меня игнорирует.

— При нашем последнем разговоре ты не стеснялся в выражениях. Но кое в чем был прав. Я действительно воспитал всех троих твердыми, независимыми, амбициозными и трудолюбивыми. По всем пунктам могу сказать, что я преуспел. Я вырастил троих волевых детей.

— Молодец какой, — вставляю я.

Харпер продолжает, будто я ничего не говорил.

— Это вызвало трения между нами. Я понимаю, что сыграл в этом свою роль. Но не хочу оставлять вам одно лишь наследство. Я хочу оставить вам и несколько хороших воспоминаний. В этом августе я хотел бы пригласить вас в новый дом в Хэмптоне на небольшую церемонию. Я сделал Лорен предложение. Сейчас мы ведем переговоры по брачному контракту. На моем завещании это не отразится.