Книга Запретная месть, страница 47 – Аймэ Уильямс

— Энтони начинает что-то подозревать, — говорит он тихо. — Он задает вопросы, куда ты исчезаешь.

Боже, будто я не знаю. Находить отговорки, чтобы не видеть Энтони, становится всё сложнее. Я полностью перестала спать с ним — меня просто воротит, особенно после Марио. Даже если это означает потерю доступа к важной информации, от одной мысли о руках Энтони на моем теле мороз по коже.

Словно призванный этими мыслями, телефон вибрирует, высвечивая звонок от Энтони. При виде его имени к горлу подступает желчь — или, может, это просто утренний токсикоз.

Я месяцами вела эту игру, позволяя ему думать, что он обладает чем-то драгоценным, пока воровала его секреты. Но теперь…

— Белла тоже что-то подозревает, — признаюсь я, вспоминая нашу встречу в опере три дня назад.

Я выскользнула из ложи Калабрезепод предлогом, что мне нужно подышать воздухом. Марио ждал в темном коридоре, и через мгновение уже прижал меня к стене, вбиваясь в меня, пока на фоне гремела ария Пуччини.

Я возвращалась в ложу, всё еще дрожа от нашей встречи, когда из дамской комнаты вышла Белла. Выражение её глаз заставило меня замереть.

— Елена? — Глаза художника подметили всё: мой румянец, легкий беспорядок в прическе, то, как я отводила взгляд. Она протянула руку, поправляя соскользнувшую бретельку моего платья. — Что с тобой происходит в последнее время?

Я пробормотала что-то о духоте, о том, что нужно проветриться, но видела в её лице понимание. И боль. Эти глаза, которые видят слишком много, понимают слишком хорошо.

Она перехватила мое запястье, когда я попыталась пройти мимо.

— Во что бы ты ни ввязалась с Энтони… пожалуйста, будь осторожна. Ты можешь прийти ко мне с чем угодно. Ты ведь знаешь это, правда?

Если бы она только знала.

— Значит, нам нужно быть осторожнее. — Марио подходит сзади; его твердая грудь прижимается к моей спине, руки запирают меня в клетку у столешницы. — Больше никаких рисков. Никаких игр на грани.

Но мы оба знаем, что для осторожности уже слишком поздно. Улика растет внутри меня — бомба замедленного действия из запутанной верности и опасных решений.

С каждым днем скрывать это становится всё труднее — от Энтони, от Беллы, от всего мира. Скоро все узнают, что я ношу наследника Калабрезе. От этой мысли паника клокочет в груди.

Что будет, когда Энтони узнает? Когда поймет, что я спала с другим, вынашивая его ребенка? Когда Белла обнаружит, что я предала не только её доверие, но и всю её семью?

ДеЛука и Калабрезе убивали и за меньшее.

Стоит губам Марио замереть у самого уха, как по телу пробегает дрожь — словно между нами искрит электричество. Его горячее дыхание обжигает кожу; этот мягкий, размеренный ритм пробуждает жар где-то в самой глубине.

Его близость опасна. Пугает то, с какой легкостью он воспламеняет во мне чувства, которые я так старалась похоронить.

Разум твердит отстраниться, вспомнить, что поставлено на карту, но тело предает меня, откидываясь назад, в его объятия.

Едва его губы мягко касаются чувствительной ямки под мочкой уха, с губ срывается тихий стон, который я не успеваю сдержать. Грудную клетку перехватываетот этой интимной ласки. Его поцелуи скользят по коже — поначалу невесомые, они посылают волны жара по всему телу. Он точно знает, где коснуться, где подразнить и как заставить меня забыть обо всём на свете, кроме его рук.