Книга Тогда и только тогда, когда снег белый, страница 85 – Лу Цюча

– Возможно и так. Однако если следовать твоей гипотезе, то возникает новая загвоздка: хитроумно сработанное устройство – это что?

– Мотив создания «закрытой комнаты» нетрудно понять. Должна была возникнуть иллюзия суицида, поэтому орудие убийства было специально оставлено на месте преступления.

– Мотив понять нетрудно, вопрос заключается в исполнении. По правде говоря, я много думала об этом трюке. Ты не станешь смеяться надо мной, если ты такая же фанатка логики, как и я, – сказала Яо Шухань смущенно. – Разумеется, мысль о леске приходила мне в голову, но на двери не было обнаружено никаких следов, поэтому этот вариант не подходит; к тому же ей весьма сложно задвинуть засов. Я также думала про лед или сухой лед, но он бы не растаял до следующего утра, верно? К тому же таким способом невозможно справиться с задвижкой. В общем, ни до чего сколько-нибудь осуществимого я не догадалась и не думаю, что кто-то из четырех подозреваемых девушек смог бы.

Яо Шухань приподняла телефон и посветила на засов; в этот момент она заметила, что тот задвинут не до конца. Она подсознательно тронула дверь, но не приложила усилие. Иными словами, внешний засов… Дурное предчувствие зародилось в сердце Яо Шухань. В этот момент краем глаза она заметила дверную ручку, расположенную наискось над засовом, и несколько кругов, темнеющих на ней… точнее сказать, черных следов. Она подошла ближе и наконец разглядела их – кровавые отпечатки. Судя по размеру и расположению, наверху слева был отпечаток большого пальца, левее внизу – ряд отпечатков остальных четырех пальцев, спускавшихся сверху вниз: указательный, средний, безымянный и мизинец.

– Учитель… – Еще не задав вопрос, Фэн Лукуй тоже заметила отпечатки на ручке.

– Я пойду посмотрю.

Яо Шухань повернулась и оттолкнула девушку, собиравшуюся выйти через главный вход, обойти здание и подойти в задней двери.

Фэн Лукуй вернулась к железной двери и несколько раз толкнула ее. Снаружи раздался такой звук, словно что-то разбилось. Дверь медленно открылась.

– Я… – Фэн Лукуй не успела и слова сказать, как Яо Шухань снова повернулась, отпихнула ее и направилась к двери, – …я что, испортила место преступления?

Яо Шухань, не обращая на нее внимания, осторожно толкнула дверь так, чтобы можно было протиснуться, просунула голову, выглянула наружу, затем распахнула ее и выбежала. Фэн Лукуй последовала за ней. Выглянув из-за плеча учителя, она увидела в свете лампочки под навесом замершую на земле ученицу. Девушка лежала лицом вниз, обмотанная шарфом в клетку. На ней было драповое пальто до колена в черно-белую полоску, джинсы и коричневые сапоги. Голова ее, обращенная на север, была непокрыта; слегка завитые распущенные каштановые волосы едва доходили до плеч. С места Яо Шухань можно было хорошо разглядеть ее подошвы. Верхняя часть тела находилась за пределами навеса, однако на спине и в волосах не обнаружилось снега. На ней не было перчаток, ладони, повернутые вверх, лежали на покрытой снегом земле. Пальцы левой руки были испачканы кровью, правая ладонь казалась чистой. Ткань пальто с левой стороны живота краснела от крови. Рядом с ее левым коленом лежал белый складной нож, выглядевший совсем новым. Лезвие было не убрано, кровь на нем уже застыла.

Яо Шухань сделала несколько шагов вперед, ступила на заснеженную площадку, опустилась на корточки, отодвинула легкий шарф девушки, словно хотела прощупать пульс на сонной артерии. Результат оказался плачевным. Яо Шухань покачала головой. Фэн Лукуй тоже сделала несколько шагов вперед и в конце концов смогла разглядеть лицо покойной. Она задрожала, забормотала себе под нос, снова отступила. Дверь уже захлопнулась, и она едва не споткнулась.