Книга Птичий остров, страница 9 – Алекс Белл

Казалось, мы попали в какой-то странный пузырь, где время вообще не течёт, и я даже испугалась, что мы никогда не доберёмся до острова. Но потом я почувствовала ужасное, гнилостное зловоние. Сначала – мимолётное дуновение, которое быстро унёс морской бриз. Но затем оно плотно окутало нас, такое сильное и отвратительное, что я подумала, что волнами на берег вынесло целую кучу дохлой гниющей рыбы.

– Что это за отвратительный запах? – наконец спросила я.

Джим посмотрел на меня и скривил рот в полуулыбке.

– Это Птичий остров.

Мы с Роузи хмуро переглянулись. Острова ещё даже не было видно – что он вообще имеет в виду? Но в следующее мгновение я поняла, что остров всё-таки появился: его просто было плохо видно на фоне облачного неба. Я читала, что он сложен из зазубренных чёрных камней, но перед нами маячило белое пятно. Джим же куда надо нас привёз?

Когда я спросила его об этом, он лишь покачал головой.

– Остров не белый. Просто выглядит так из-за олуш. Их тут тысячи. Если точнее, где-то тысяч сто пятьдесят. Запах – от их гуано.

– Что такое гуано? – спросила Роузи.

– Птичий помёт, – ответил Джим. – Остров сплошь им покрыт.

Он опять одними губами улыбнулся.

– Замечательно, а?

Мы в ужасе уставились на него. Когда мама рассказывала о Птичьем острове, я представила себе что-то красивое и милое, но если такая вонь стоит в открытом море, то что, скажите на милость, будет на самом острове? Меня опять затошнило, и перспектива провести в этом ужасном месте, полностью отрезанной от друзей и от всего мира целых две недели показалась просто невыносимой.

Когда мы подплыли ближе, сложилось впечатление, что на этом острове нет вообщеничего, кроме камней. Ни деревьев, ни цветов, ни пляжей. На скале стояло несколько каменных пирамид, но в остальном остров состоял из чёрных камней и белых крыльев.

Вскоре мы увидели и самих олуш в небе. Они оказались неожиданно огромными – размером с гусей, – и я наблюдала за тем, как они с невероятной скоростью ныряют под воду. Я ещё никогда не видела, чтобы птицы так быстро двигались, а переливающиеся белые силуэты под волнами до странности напоминали человеческие руки, тянущиеся к поверхности. Громкие настойчивые крики птиц резали слух, и я снова задумалась, как смогу прожить тут целых две недели.

В конце концов остров оказался совсем рядом и я увидела, что Джим был прав: высокие скалы казались белыми только потому, что на них сидели тысячи птиц. Я ещё никогда не видела столько в одном месте, и это пугало. Запах стал ещё сильнее, и я всерьёз испугалась, что меня сейчас стошнит. А потом я увидела маяк. Его невозможно было не заметить: он балансировал на самом краю скалы и тянулся ввысь, к небу.

Что-то странное было в том, как он стоял совершенно неподвижно, окружённый постоянным движением волн и птиц. Морская болезнь уже слегка успокоилась, но из-за этого контраста мне показалось, что меня снова укачивает, так что я поспешно отвела взгляд от маяка.

Я надеялась, что тут хотя бы будет пристань, но нет. Джим просто завёл катер в маленькую бухточку – судя по всему, единственную на острове, – и нам с Роузи пришлось прыгать через борт прямо в воду, доходившую до лодыжек. Теперь я поняла, почему папа сказал нам брать вещей по минимуму, и обрадовалась, что взяла с собой только рюкзак.