Книга За витриной самозванцев, страница 23 – Евгения Михайлова

— Ты собиралась рассказывать по секундам. Так давай, я уж как-то сам разберусь, нужна ты кому-то или нет.

Алиса, кажется, забыла о своем собеседнике, так просто оказалось в его присутствии оживить каждую секунду трудного дня, который именно в процессе восстановления казался все более значительным. Морозов слушал совершенно безучастно, никак не реагируя. Но это была особо вдохновенная безучастность. Что-то вроде замирания исследователя на пороге озарения. И да, это ни при какой погоде не похоже на приступ идиосинкразии.

Прошло больше часа. Алиса выдохнула:

— Вроде все, ничего не пропустила.

— Понял, — произнес Морозов. — Не стану растекаться мыслью по древу. Скажу коротко, и это будет главное мое соображение по твоему отчету. Складываем в одну корзину то, что ты не поняла, в другую — твои сомнения и терзания. Задвигаем обе корзины под этот диван и забываем о них до времени, когда захочется в этом разобраться от нечего делать. Оставляем здесь и сейчас лишь одну идею, которая может привести к результату. Таковым результатом является лишь истина. Ты, скорее всего, права в одном: в том, что касается опыта и профессионализма. Тот факт, что тебе может не хватать ни того, ни другого, говорит лишь об одном. К этому нужно стремиться. Недостает своего опыта, нужно хватать чужой. Я, собственно, тут потому, что ты сама понимаешь такую необходимость. И сейчас пришел к тебе не с пустыми руками. Я нашел того частного детектива, о котором ты прочитала в интернете, а потом потеряла и сайт, и автора. Мой помощник-айтишник нашел и того, и другого. Сыщик Сергей Кольцов, я даже коротко пообщался. Он сейчас не в Москве, будет через пару дней, обещал позвонить. И еще. Сегодня, можно сказать, важная дата. Со дня исчезновения Светланы Николаевой прошло ровно пять месяцев, две недели и четыре дня. Это достаточный срок, чтобы сделать два вывода. Первый: есть причины, по которым это происшествие не расследовалось в нужном объеме. Среди них, к примеру, такая естественная причина: одноклассники и друзья девочки разъезжались по дачам, лагерям и прочим летним путешествиям. Никому не хотелось задерживаться из-за чужих и таких тяжелых проблем. Сейчас они уже вернулись, и ничто не мешает повторным попыткам получить от них информацию. Второе: существуют люди, которые заинтересованы в том, чтобы правда не была раскрыта. Среди них могут быть как преступники, так и люди, близкие пропавшей девочке, включая маму. Нельзя исключить, что от раскрытия какой-то истины скрывается и наша предполагаемая жертва.

И да. Ты не очень внятно изложила саму суть контакта, но главное уловила совершенно верно. Существует закон Мёрфи: «Худшее — случится». Это шутливый закон, основанный на аксиоме бытия. И он не пессимистичный, как может показаться, а просто концентрат осторожности, предусмотрительности. Смысл в том, что худшее неизменно случится, если таково веление судеб. Мёрфи формулирует так: «Если что-то может пойти не так, оно пойдет не так в самое неподходящее время». Но у объекта испытания есть одно оружие: быть готовым. Предусмотреть опасность, что-то предупредить, что-то смягчить, что-то вообще подчинить себе. И тогда даже небеса светлеют. Мне кажется, именно это ты ощутила в позиции Николаевой. Гипертрофированная осторожность — это не всегда психологическая или даже психиатрическая проблема человека. Иногда так выглядит защитная броня против конкретных рисков, которые способен распознать только опыт.