Книга Афганский рубеж, страница 91 – Михаил Дорин

— Работаем по вызову с земли по вновь выявленным целям. Наземные силы идут по ущелью. При каждом командире батальона есть авианаводчик. Он выдаёт координаты на самолёт-ретранслятор, который будет в воздухе постоянно. Далее идёт подача команды в Баграм. Вылет, нанесение удара и выдача результатов также по каналам связи, — доложил представитель ВВС армии.

Звучит грамотно. Только не мало ли авианаводчиков?

Офицеры из командования группировки начали доведение основного плана операции. По их замыслу, сформированы 2 группы.

Первая быстрым марш-броском по ущелью должна выйти к Паси-Шахи-Мардан. Не ввязываясь в боестолкновения, группа в составе десантно-штурмового батальона и афганских войск, должна развернуться и следовать навстречу второй группе. Она, в свою очередь, включает в себя три батальона и один батальон правительственных войск. По пути обе группы ведут зачистку.

Нашей же эскадрильевыпала честь оказывать авиационную поддержку. Нормальный план, в котором есть один, но очень большой изъян — с нами будут афганские военнослужащие. Боюсь, утечки информации не избежать.

— Хорошо. План не меняем, — сказал генерал, вышел из-за стола и подошёл к карте. — По сведениям разведки, британцы готовят большие поставки духам через Пакистан. Допустить этого нельзя. Но главное — Саланг. Постоянные набеги и опасность для этой транспортной магистрали начинает напрягать. Надо отодвинуть духов дальше к границе. У вас есть ещё что-нибудь? — обратился к нам генерал.

— Товарищ генерал-лейтенант, есть одна задумка, — предложил я.

У меня родилось предложение. Чтобы ускорить процесс переброски, почему бы не высадить десант в 10–15 километрах за Пали-Шахи-Мардан. Это будет ещё более внезапно.

— Говори, сынок.

Но только я собрался озвучить идею, как в кабинет постучались.

Дверь открылась, и вошли двое военнослужащих в форме афганской армии цвета хаки. Рубашка каменистого цвета, а галстук болотного. На фуражке большой государственный герб, а цвет околыша красный.

В званиях «зелёных», как здесь называют правительственные войска, не разбираюсь. Но вряд ли перед нами кто-то ниже, чем дагарвел — «полковник».

— Добрый вечер! — поздоровался один из афганцев на очень хорошем русском языке.

— Генерал-майор Исмаили, рад вас видеть. Мы только начали обсуждение завтрашних действий, — поприветствовал афганцев Целевой, и они сели на свободные места.

Сомневаюсь я теперь предлагать что-то нашему генералу. Лучше сделать это не в присутствии афганцев.

— Мы рады, что с нами столь уважаемые и хорошие люди за одним столом будут обсуждать завтрашние действия, — лебезил перед афганцами Берёзкин.

Может, они и «хорошие», но доверять им не стоит.

— Так что у вас, лейтенант? — спросил у меня Целевой, когда афганцы сели за стол и приготовились слушать.

Посмотрел на Енотаева, но он тоже ждал от меня интересного предложения.

— Ничего, товарищ генерал. У меня были предложения менее масштабного характера, касающихся боевой зарядки вертолётов, — ответил я.

— Ну, это вы с комэска обсудите и без нас. Идите отдыхать, — пожал нам руку генерал, и мы вышли из кабинета.

Только мы оказались в коридоре, как Ефим Петрович завалил меня расспросами.

— А точноли ты хотел про боевую зарядку спросить?

— Командир, ну я же не дурак. Этим явно занимается не лётчик-штурман, — улыбнулся я.