Книга Чистое везение, страница 107 – Марьяна Брай

Я была уверена, что это именно тот, кто в прошлый раз заставил меня остановиться.

Подбежав к белому комку, оказавшимся простым платком, я схватила его и вернулась к теплицам. Студент мог вернуться, поняв, что обронил его.

Сунула находку в карман и, выждав еще несколько минут, прошла в кухню. Сама кухня запиралась, как и раньше, и орудовать он мог только в этом «предбанничке» размером метр на два.

Но я сразу заметила, что полка, на которуюДуня ставила «ночной дожор» пуста. А ещё она не была полностью закрыта, не примыкала к той двери, которая вела в подвал и открывалась внутрь. Закуток здесь небольшой. Дверь в подвал на день открывали. Даже обсуждали, что надо бы полку эту снять. Но решили, что достаточно просто не закрывать внутреннюю дверь, поскольку воровать в подвале нечего.

А вот Дуняша не могла бы выйти из кухни, коли эта дверь с полкой была приоткрытой. Она бы толкнула ее, и та заперлась: я видела такое не раз.

Значит, этот товарищ зачем-то ходил именно в подвал. Ночью. Один. Без лампы! Спичек у меня не было, да и лампа стояла в самом низу. Идти туда было большой глупостью. Но узнать всё надо было как можно скорее.

«Трофим.», — мысль эта пришла сама, словно из ниоткуда.

Порадовавшись, что комната его теперь почти рядом с нашими, я отправилась туда. Но, обходя дом, услышала шепотки: окно было приоткрыто, и мальчишки, видимо, стараясь не мешать спящему «начальнику» временного детского лагеря, продолжали жить своей привычной жизнью.

Я, не имея желания их пугать, присела под окном и прошептала:

— Ребята, мне нужна ваша помощь!

Сначала в комнате резко стало тихо, потом еле слышно заперешептывались, споря, кто это.

— Это я, Елена, — добавила я, и в тот же миг окно распахнулось, и четыре головы, словно любопытные сурикаты, возникли друг над другом.

— Чаво? Беда? Пожар? Бежать? — перебивая друг друга зашептали они.

— Да я вас сейчас, — шепотом, но как будто бы закричал на них Трофим.

— Трофим, это я, выгляни, — попросила я, привстав. Подоконник еле-еле доходил до моих глаз.

Разогнав любопытную детвору, передо мной возникло лицо Трофима. Он присел, чтобы «барышня, упаси Господи, не увидала его в исподнем».

— Чаво? — испуганно спросил он.

— Можешь собраться и выйти? Один! И возьми спички! — попросила я.

— Иду, — отгоняя последние следы сна, ответил Трофим и, шикнув на пацанов, отошёл от окна. Я вернулась за теплицы, заметив, что свет в окнах третьего этажа погас.

Почему-то мне на секунду показалось, что именно из него сейчас кто-то смотрит. Но я шла к теплице вдоль тёмного и теперь уже укрытого распустившимся садом склада.

Подумав, что Трофим сейчас наведет шума, если пойдет по шумной гравийной дороге, тем же путем вернулась назад.

Дождавшись удвери Трофима, прижала к губам указательный палец и прошептала:

— Идём к складу, там всё расскажу!

— Чего стряслось-то? — испуганно продолжал Трофим, косясь на меня, как на сумасшедшую.

— Идём. Одни ворота до сих пор открыты, а мне надо кое-что рассмотреть, — махнув рукой, я тихо прошла к тёмной кирпичной стене и привычными уже шагами заторопилась к воротам, которые скоро должны были значиться как «внутренние ворота бани».

— Зажги спичку. У нас тут где-то лампа была, — не переживая, что свет увидят в окно, потому что оно здесь уже было забито досками, я взяла лампу со строящегося полка, и Трофим успел поджечь фитиль той же спичкой.