Книга Скрипачка и вор, страница 36 – Анастейша Ли

— Я рад, что ты открылась мне! — с порога выпалил Милош и полез обниматься.

— Что тебе нужно? — повторила я, с трудом сдерживая подступающие слезы. Голос дрожал,и я чувствовала, как ком подкатывает к горлу.

Он шагнул ко мне, его глаза горели так, что я видела их сквозь пелену, а в голосе слышалось отчаяние.

— Хочу быть с тобой, каждую гребаную минуту, растворяться в тебе! — прошептал он, схватив меня за локоть. Его пальцы сжали мою кожу, но я инстинктивно отшатнулась, пытаясь вырваться из его хватки. Он же, словно не замечая моего испуга, продолжал приближаться, его шаги заставляли меня пятиться назад.

— Ты меня пугаешь! — выкрикнула я, и голос сорвался на крик.

В этот момент он замер, словно наткнулся на невидимую стену. Его взгляд стал пустым, словно все чувства разом покинули его. Хватка на моей руке ослабла, но не отпустила совсем. В воздухе повисло такое напряжение, что казалось, его можно потрогать. Я не знала, чего ожидать дальше, боялась даже дышать.

— Я знаю, что ты воруешь, ты — вор! — не унималась я, стараясь казаться храбрее, чем была на самом деле. Я не видела его раздраженных глаз, но кожей чувствовала, как клокочет в нем гнев.

Долгая пауза, казалось, длилась целую вечность. Наконец, он произнес, и его голос был тихим, почти безжизненным:

— Ты тоже воровка, Аделин!

Я замерла, ожидая продолжения обвинений, но вместо этого он добавил, и в его голосе прорезалась какая-то странная, болезненная нотка:

— Ты украла мое сердце!

Аделин.

Вас когда-нибудь омрачали собственные желания, превращая ваш внутренний мир в хаос? Меня — да, каждый раз, когда я думаю о Милоше. Хочу быть с ним рядом каждую свободную минуту, каждый миг растворяться в унисон с его дыханием. И вот, я в очередной раз я ему поверила, уложила в гостиной отсыпаться, возможно завтра он даже не вспомнит, как оказался у меня дома. Когда-нибудь мы перестанем уничтожать друг друга, но, а пока…

Назойливый стук в дверь меня разбудил. Кого принесло ни свет ни заря? Я с трудом разодрала глаза, но стук не унимался. Уставше присела из положения лежа, накинула свой шелковый, голубенький халат, чтобы прикрыть оголенные ноги, и поспешила к входной двери.

— Кто там? — пробормотала я сквозь зевоту.

— Аделя, это папа! — заявил мужчина, стоя на лестничной клетке.

Сердце подпрыгнуло. Папа? Человек, который не присутствует даже на моих выступлениях, вдруг пришел ко мне домой ни свет ни заря? Я нащупала замок и открыла дверь.

— Дорогая! Как у тебя самочувствие? — с порога отец полез обниматься.

— Па-ап, ты чего так рано пришел? — удивленно спросила я, пытаясь понять, что происходит. Его внезапное появление казалось совершенно нелогичным.

"Папа", как мало стало в этом слове смысла, в свои сорок девять отец выглядит на шестьдесят, это в лучшем случае, алкоголь берет свое. Одет он был, как дед или… бомж, клетчатая рубашка горчичного цвета, явно не стиралась уже месяц, темные волосы слегка припыленные сединой тоже изрядно давали возраст.

— Да я поговорить с тобой хотел — давно не виделись по-настоящему. Может, чайку попьем? — На его лице, несмотря на усталость и следы времени, проступало искреннее желание наладить общение, о котором мы оба давно забыли. В душе моей теплело: вдруг этот день станет началом чего-то нового между нами. Он взял меня под руку и повел в кухню.