Книга Пончиковый легион, страница 30 – Джо Р. Лансдейл

А культу будто снова придали жизни, и он стал более агрессивным, даже опасным. Думаю, это знамение времени. Политическая лихорадка, страх перемен. Климат беснуется. Интернет, который пролезает в наши мозги. И послушайте, я знаю, о чем вы думаете: уж нас-то, мол, не одурачишь, не заставишь верить во всякую ерунду. Но вполне возможно, что вас уже заставили. Если вас можно подготовить к тому, чтобы стать баптистом, буддистом, мусульманином, мормоном или кем-то еще, значит, вы поддаетесь на убеждение. Быть унесенным летающей тарелкой, вознестись нагишом на небеса, восстать из мертвых – все это способы справиться с нашим эгоистичным представлением о том, что мы достойны жить вечно. Если сам хочешь чего-то очень сильно, доказательства не нужны, уж поверьте мне. Когда доходит до дела, при желании поверишь и в бредни про плюшевых мишек и пукающих единорогов.

– Мне повезло: я вообще ни во что такое не верю, – сказал Феликс. – Для меня религия чужда и непривычна, все равно что носить боты Nerf и меховую шляпу с моим именем на санскрите. Не понимаю я этого. Я верю в самого себя и то не уверен, что заслуживаю этого.

– Тем лучше для вас, скажу я со всей искренностью, – откликнулся Гровер. – Я же человек, который хочет верить во что-то. Но теперь не может верить ни во что. Я много читаю, смотрю старые ковбойские сериалы. Ничего больше мне не надо. Жены моей нет, да и меня в таком-то возрасте по большей части тоже нет.

– Что вам известно о Мэг? – спросил я.

– Мэг появилась уже после того, как я ушел от Народа тарелок. Она работала в их пончиковой, что напротив банка. Ее часто можно было видеть у окошка раздачи для автомобилей. Все знали ее – Мэг, красотку из пончиковой. А у окна раздачи всегда стояла очередь из машин, в основном мужчины. От нее словно исходило сияние, соображаете? Думаю, соображаете. Я же правильно понял, что Мэг – ваша бывшая жена?

– Правильно, – кивнул я.

– Когда я ее видел, всякий раз вспоминал старую песню Вуди Гатри^[21]об адвокате из Филадельфии. Про голливудскую горничную со «столь редкими и божественными формами».

– В ней было гораздо больше, чем просто внешность, – проговорил я.

– Ничуть не сомневаюсь, – сказал Гровер. – Есть просто красота, а есть такая красота, что как бы притягивает. Что-то… внутри, что бросается в глаза. Думаю, это и называют харизмой.

– А вы не знаете, обязательно ли быть членом культа, чтобы работать в пончиковой? – спросила Черри.

– Не обязательно. Но большинство сотрудников являлись ими. Некоторые искренне верующие, некоторые на пороге обретения веры, а некоторые верили, потому что нужна была работа. Зарплату там платят низкую, но втолковывают, что ты работаешь на общее благо. Что такое деньги, если мир на грани гибели, а ты унесешься с космической скоростью на летающей тарелке спасать другой мир, который затем превратится в рай?

– Давно вы видели Мэг? – спросил я.

– Банк я навещаю редко, но, когда в последний раз это делал, заглянул в окошко раздачи пончиков. И ее не заметил. Иногда некоторых верующих забирают жить в комплекс. И, кажется, красивым женщинам отдают предпочтение. Бен Бэкон любит, когда его окружают привлекательные поклонницы. Жить там считается честью, и чем ближе ты к пророку, тем раньше поднимешься на борт одной из тарелок. Похоже, там в первом ряду довольно много мест. Удобненько продавать нечто невидимое, не находите?