Книга Пончиковый легион, страница 31 – Джо Р. Лансдейл

– Вы знаете мужа Мэг, Итана? – спросил Феликс.

– Я и не знал, что она замужем или была раньше, пока Черри не рассказала мне о ней. Я вам вот что скажу – и хочу подчеркнуть то, что уже говорил ранее. Эти люди стали еще опаснее. Бен разработал иерархию, и на вершине ее, непосредственно в его подчинении, управляющий аппарат – Менеджеры. По сути, бандиты. Они выполняют все его приказы.

– Какие именно? – уточнил Феликс.

– С каждым, кто выступает против Народа тарелок, непременно что-то случается. Особого внимания удостаиваются бывшие члены культа. Если я где-то скажу слишком много, они узнают об этом и, черт возьми, станут меня преследовать. Я-то не слишком беспокоюсь на этот счет. Меня и так убивает старость – оно и к лучшему. Я сыт по горло этим миром, и рай летающих тарелок меня больше не интересует. Жду не дождусь забвения. – Гровер снова вытер платком вспотевшее лицо. – Ну что ж, рассказал вам что знал. Не хотел бы показаться навязчивым, и очень неловко спрашивать, но не найдется ли у вас местечка, где я мог бы ненадолго прилечь? Не уверен, что мне хватит сил спуститься по вашей лестнице и дойти до машины.

– Да, пожалуйста, – откликнулся Феликс. – Через холл.

– Вот только мне не встать с этого кресла без посторонней помощи. Будто все соки высосали. Такое со мной бывает время от времени. Полежу малость, и силы ненадолго вернутся. Просто разговоры об этом дерьме меня выматывают: мысль о том, что я был таким глупцом, гложет меня – а от эмоций порой я делаюсь физически слабым.

Мы с Феликсом подхватили старика под руки, вытянули из кресла, почти пронесли через холл и в гостиной уложили на диване. Я снял с него ботинки и поставил их на пол. Феликс положил под голову Гровера диванную подушку, взял вязаный плед, сложенный на одном из кресел, и укрыл старика.

– Плед не слишком теплый? – спросил Феликс.

– Нет, все хорошо, оставьте его, пожалуйста.

– Как вам угодно, – ответил брат.

Он задернул шторы, погрузив гостиную в темноту, и мы ушли, чтобы дать Гроверу отдохнуть.

Мы вернулись в офис, закрыли за собой дверь, и Феликс снова раздал бутылки с водой.

– Что касается Мэг, толку от его информации маловато, – подытожил я. – Он видел ее. Она была хороша собой. Она работала в окошке раздачи пончиковой. Кто-то сообщил ему ее имя. А потом он ее больше не видел.

– Его слова подсказывают нам, какой у нее мог быть мысленный настрой, – сказал Феликс. – И они – в пользу того, что она по-прежнему жива. И, возможно, находится там, в комплексе Народа тарелок. Если она решила, что в этом дерьме есть что-то стоящее, то присосалась к нему, как минога.

– Когда знаешь, как люди мыслят и каковы их мысли по конкретному вопросу, это помогает понять и просчитать их возможные действия, – сказала Черри.

– Черри, детка, – сказал Феликс. – Да ты никак веришь в эти религиозные бредни?

– Епископалка всем сердцем. Нас учат, как превратить ментальную чушь в интеллектуальное вино. Возможно, не все религии одинаковы.

– Как по мне – одинаковы, – не согласился Феликс. – По сути. С самыми малыми вариациями. Меня раздражают разного рода культы – от правых фанатиков до анархистов и движения «Пробужденные», – диктующих мне, как я должен составлять чек-лист для всего, что я говорю, дабы это укладывалось в рамки их представлений о «чистоте». Я считаю, что правый экстремизм – то же самое, что и экстремизм левый. Они заходят достаточно далеко, и в том, и в другом направлении, а потом встречаются с другой стороны окружности, где могут трахать друг друга в оргазмическом озлоблении.