Книга Пончиковый легион, страница 32 – Джо Р. Лансдейл

– «Оргазмическом озлоблении»? – переспросила Черри.

– Можешь использовать, если хочешь, дарю, – сказал Феликс.

– Как я понимаю, это означает, что мне придется отправиться в Мэйтаун и самому все проверить, – сказал я.

Феликс покачал головой:

– Это означает, что в Мэйтаун придется отправиться нам двоим, младшенький.

– Езжайте оба, – велела Черри. – Надеюсь, эта поездка окажется более толковой, чем ваша последняя. Я тоже поеду, но сама по себе. У меня лучше получается, когда я использую собственные методы. Юристы тоже умеют искать людей, знаете ли: я, например, всегда начинаю с денег. У культа есть пончиковые, и они собирают деньги на оружие и еду, так что наверняка существует банковский счет. Есть у меня кое-кто, кто знает кое-кого, так что информацию раздобыть сумею.

– Старый конь борозды не испортит, – сказал Феликс.

– Скорее новый – маги-компьютерщики.

Пока Гровер предавался отдыху, мы листали книги, что он принес нам. «Библия летающей тарелки» оказалась написана не сказать чтобы здорово и, подобно Библии и другим религиозным текстам, была полна противоречий. Но книга буквально дышала неподдельным энтузиазмом.

Спустя почти час, когда мы еще читали, в кабинет на своих двоих вошел Гровер – в обуви и уже не похожий на живого мертвеца. Он извинился за то, что ему пришлось вздремнуть. Мы помогли старику спуститься вниз, и Черри повезла его домой.

Феликсу нужно было завершить кое-какие дела перед тем, как нам отправиться в Мэйтаун, поэтому я решил вернуться домой и ждать его звонка.

По правде говоря, я не знал, что делать. И попытался разработать план.

Я позвонил в комплекс Мэйтаун – справиться, не вернулась ли Мэг. Не вернулась. Управляющая заявила, что я могу считать ее выселенной. И прекратить названивать.

Я позвонил в пончиковую, что напротив банка. Ответил мужчина – судя по голосу, молодой. Назвался Кевином. Когда я спросил его о Мэг, он поинтересовался, кто я такой. Я пояснил. Недолго думая, он ответил, что знает Мэг и что здесь, в пончиковой, она работала. Сказал, что она милая. А посыпать пончики сахарной пудрой умела проворней всех. Однажды утром не вышла на работу. И до сих пор от нее никаких вестей. На ее место уже нашли человека. Интересует ли меня карта лояльности «Пончиков „Летающие тарелки“»? На ней делают отметку при каждой покупке, и шесть отметок дают право на бесплатный пончик.

Я отказался.

И этим как будто разочаровал Кевина. С чего-то он, похоже, решил по моему голосу, что я как раз из любителей таких карточек. И тотчас экспромтом предложил мне альтернативный вариант – как будто торговец подкрался на улице и спрашивает: а не хотел бы я узнать кое-что о рае за пределами Земли?

Я отказался.

Он добавил, что мне, возможно, захочется как-нибудь заглянуть к ним, попробовать пончик, и тогда, возможно, я передумаю насчет карты лояльности.

Замечательно. То, что надо.

«Ладно, Чарли, – сказал я себе. – Что делать дальше?»

Я подождал.

«Не тупи, Чарли^[22]. Ну, хоть одну малюсенькую идею».

В конце концов мой внутренний Чарли выдал мыслишку. Как говаривал мой отец: «Я собираюсь что-то делать, даже если это неправильно».

Я решил, что не стану ждать, пока Феликс закончит свои дела. Перед самым полуднем я приехал в Мэйтаун, припарковался возле банка и пошел через дорогу – в пончиковую. В большом витринном окне светилась красная неоновая вывеска с завитушками «Открыто». Пока я глазел на нее, вывеска погасла, и зажглась другая – «Закрыто». По-видимому, к одиннадцати утра толпа любителей пончиков редела настолько, что заведению приходилось сворачиваться. Это я выяснил в Интернете. Я добрался не так быстро, как рассчитывал.