Книга Пончиковый легион, страница 73 – Джо Р. Лансдейл

– Некто Ковбой, – спросила Скрэппи. – Знаете такого?

– А как же. У кого еще, черт возьми, есть такая большая ручная макака на цепи? Я предупредил его, чтобы не таскал ее в город.

– Шимпанзе.

– Что?

– Это не макака, это шимпанзе.

– Чарли вроде как антрополог-фрилансер, – пояснила Скрэппи.

– Правда? – сказал шеф. – Вот что я вам скажу. Все эти фанатики летающих тарелок – они и местные, и понаехавшие. Скупают в городе еду, бензин и всякие товары. Хранят свои деньги в нашем банке. Люди приезжают посмотреть на психов и платят за это, а их деньги возвращаются к нам. Как будто Мэйтаун – ярмарка, где можно поглазеть на двухголового теленка или клоуна, который откусывает головы цыплятам. Они – наша золотая жила. Удивительно, что, когда Бэкон придумал всю эту ересь, его с самого же начала не вымазали в дегте, не обваляли в перьях и не поперли вон из города. Времена изменились. Людям начало нравиться всякое идиотское дерьмо. Кевин состоял в этой секте и в итоге умер, но это не значит, что за его смертью стоит секта. Мэг и Итан – они уехали, и мы понятия не имеем куда. Я ответил на ваши вопросы?

– Я бы сказал, вы их аккуратно обошли, – ответил я.

– Не испытывай судьбу, сынок. Не зли начальника полиции. Это не пойдет тебе на пользу. Услышал меня?

– Услышал.

Шах и мат – мне.

– А вы, Амелия? Вы меня слышали? У вас есть мнение по этому поводу?

– А я, пожалуй, пока приму нейтралитет и поразмышляю.

– Вот что, – сказал шеф, – если мне предоставят доказательства преступного деяния в отношении вашей бывшей жены и ее мужа или того, что Кевин был убит, я займусь этим. И если парень с большой макакой или сама большая макака нарушат закон – например, нагадят на тротуаре, – я об этом позабочусь.

– Шимпанзе, – поправил я.

– Один черт.

– Вам бы самому наведаться в дом Кевина, шеф. Сдается мне, Барни лишь посмотрел на него издалека. Загляните внутрь, и сразу все поймете.

– Вы там побывали?

– Дверь была открыта.

Шеф задумался на мгновение, а у меня мелькнула мысль, не придется ли мне пожалеть о том, что дал ему эту информацию, но я отложил ее на потом.

– Если вы не собираетесь делать пожертвования в нашу благотворительную полицейскую организацию для вдов и сирот, можете с этого момента не совать свой нос в мою задницу. Видеть вас я больше не желаю, разве что разминемся на улице. И даже в этом случае не машите мне рукой. А сейчас покиньте, пожалуйста, помещение и закройте за собой дверь.

– Вы будете держать нас в курсе?

– Только если устроитесь на работу в наш полицейский участок, чего, могу вас заверить, не случится.

На край стола присела мясная синяя муха, достаточно крупная, чтобы напугать воробья, и шеф, действуя с завидной скоростью и точностью, прихлопнул ее пухлой ладонью. Когда он поднял ладонь, на ней можно было увидеть расплющенные останки. Шеф выдвинул ящик стола, достал салфетку и вытер ею руку.

– Есть. Только так с вами, докучливыми, и можно.

– И ведь здесь, в городе, – сказала Скрэппи, когда мы забрались в мою машину, – живут люди, которые проголосовали за его избрание на должность и поддерживают его на посту.

– В наши дни есть и те, которые проголосовали бы за шимпанзе Ковбоя, если бы она носила бейсболку Трампа.

– Шеф Нельсон сказал, что не состоит в секте. Я ему верю.

– Я, пожалуй, тоже, но от окончательного вывода пока воздержусь.