Книга Пончиковый легион, страница 90 – Джо Р. Лансдейл

Менеджеров.

В динамиках шуршала негромкая музыка. «Унеси меня на Луну». Я едва сдержался, чтобы не рассмеяться: больше это никого не смешило.

Подошел молодой человек и сказал:

– Шеф.

Это был Дункан. Я едва узнал его без формы. Он показался мне еще более странным, чем в тот раз, когда сел в нашу машину: шагал так, будто ступал по яичной скорлупе и изо всех сил старался не дышать. Капли пота покрывали его лицо, и даже волосы были влажными, а выражение лица – как у человека, внезапно осознавшего, что выпустил свои внутренности в унитаз.

– Дункан, – откликнулся шеф Нельсон. – Мы решили взглянуть, что здесь такое.

– Да, о да! Это замечательно, шеф. Вижу, вы двое и этот здоровяк приехали посмотреть, что здесь такое. Вы будете поражены, вы преобразитесь!

В дыхании Дункана я уловил запашок спиртного. Да его даже в Новой Зеландии уловили бы. Еще одна рюмка, и запах спиртного в дыхании Дункана почуяли бы астронавты на космической станции. Он взмок от пота, его шатало, и рука мелко дрожала, когда он провел пальцами по влажным от пота волосам.

– Ты здесь с семьей? – спросил шеф.

Дункан шагнул ближе к нему:

– Они не верят. Я пытался уговорить их прийти. Не пошли. Я сказал им, что ожидается серьезное сообщение. Они всегда ходили со мной, вы же знаете. Мы все могли бы спастись. Но теперь у них на уме другие идеи. Думаю, все дело в телевизоре. Он отвлекает, сбивает с толку… В общем, я здесь один.

– А что за другие идеи? – спросил шеф Нельсон.

– Мэри, она вот только сегодня утром сказала мне, что во мне полно дерьма.

– Сам никогда на эту тему не задумывался? – поинтересовался шеф Нельсон.

– Что?

– Не задумывался, не полон ли дерьма?

– Нет. Ну, то есть иногда – да. Но чему же еще там быть? Что существует там, за пределами, кроме этого?

Мне подумалось, что это довольно грустный взгляд на вещи. Да и по Дункану было заметно, что сегодня он куда менее уверен в себе, чем прежде. А может, в тот день в нашей машине он излучал уверенность отчаяния – как утопающий в океане, хватающийся за плавающие соломинки, но прекрасно сознающий, что они вряд ли его поддержат.

– Приготовьтесь слушать, – раздался призыв.

Все замолчали. Я поднял взгляд на террасу, но там стояли только двое менеджеров. Голос доносился из скрытого динамика.

В динамике что-то щелкнуло, затем зашуршало, и наконец голос продолжил:

– Грядет час, когда все дурное станет добрым. Грядет час, когда плоть телесная должна растаять. Грядет час, когда кости станут всего лишь бревнами, которые держат каркас нашего дома. Грядет час, когда кожа, облегающая этот каркас, должна лопнуть и отпасть. Грядет час, когда душу нужно будет выпустить на волю, как стаю птиц. Час, когда мы должны будем выиграть священную войну, вооружившись силою духа, чтобы стать счастливыми, свободными и вечными. Вы готовы к встрече этого часа?

Реакция специально подученных последователей из нашей группы прозвучала так скоро и оглушительно громко и в унисон, что я чуть не замарал подштанники. Тэг подпрыгнул на месте.

– Да!!!

Я оглянулся и увидел, что многие в толпе были так же ошарашены, как и я сам. Как и мы, они пришли сюда для развлечения, а не по религиозным убеждениям.

Вновь зазвучавший голос из динамика почти резанул мне по ушам болью:

– Три дня! Три дня до часа торжества нашей славы. Давайте скажем все вместе. Три дня!