Онлайн книга «Самая страшная книга 2026»
|
Но, конечно, Павлик еще долго не мог уснуть. Лежал на диване, внимательно прислушивался к ругани, доносящейся из-за стенки. Кричала в основном Мама. Долго кричала, с час, не меньше. Дядь Гера лишь иногда глухо огрызался в ответ. И пару раз вроде бы что-то спрашивал. Павлик не мог разобрать, о чем речь, уловил только отдельные слова: «завтра», «мусора», «договоримся». Еще вроде бы «айфон» и уже знакомое «компенсация» прозвучало. Потом Мама опять кричала, раздавались звуки новых пощечин… Наконец хлопнула дверь спальни. Павлик, уже засыпая, услышал сквозь сон, как Мама прошла на кухню и забряцала там посудой. Как видно, спать с дядь Герой в одной комнате они уже не будут. Никаких тебе больше скрипов и стонов из спальни. Никогда. Успокоенный и умиротворенный, Павлик уснул. И снились ему маленькие рыжие котята с ангельскими крылышками, порхающие, как феи из сказок, вокруг счастливо улыбающейся Карины. Утром же его разбудил требовательный стук. Участковый! Павлик мигом скинул одеяло на пол и поскакал в прихожку, на бегу натягивая штаны. Пропустить момент, когда ненавистного дядь Геру вышвырнут из их с Мамой квартиры, он, разумеется, не мог. Какое же разочарование его ожидало!.. Догадываться, что что-то не так, что что-то идет не по их общему, заранее обговоренному с Кариной и ее родителями плану, Павлик начал, когда увидел в коридоре Маму и отчима, держащихся за руки все равно что парочка влюбленных в парке. – Ма-ам?.. Дядь Гера оглянулся первый: – О, сынка! Снова этот фальшиво-радостный голос. И обращение, от которого Павлика аж передернуло всего. Захотелось крикнуть: «Не имеешь права!.. Ты не мой, ты не настоящий папа!..» Но, разглядев дядь Геру получше, Павлик буквально лишился дара речи. На фальшивом папе был всегдашний его костюмчик, только на сей раз – впервые за все время! – выглаженный. А еще, Павлик глазам своим не верил, дядь Гера был в кои-то веки побрит. Ни следа всегдашней его щетины! Ничего не понимая, Павлик сначала испытал облегчение, когда дядь Гера отпустил Мамину ладонь, но тут же снова впал в ступор. Потому что теперь отчим положил руку Маме на плечо и посторонился, разворачивая ее в сторону сына. На пороге стоял усатый пожилой мужчина в форме. Вид у мужчины, несмотря на ранний час, был утомленный. Даже усы его как-то совсем обессиленно повисли. На Павлика участковый даже не взглянул. – Так что же, получается, отрицаете? – Да с чего б мне себя оговаривать-то, гражданин начальник? – Дядь Гера улыбался. Но не так, как обычно, сверкая фиксами, а с закрытым ртом, одними губами. А еще, совсем уж удивительное дело, из речи дядь Геры пропали все его «эксперантос». – Живем мы тихо и мирно, никого не трогаем. А что соседи жалуются, ну так, сам понимаешь, на то они и соседи… Нас вот залили на днях вообще. Весь день вчера порядки наводили. Правда, милая? И тут у Павлика перед глазами помутилось, а ноги едва не прогнулись в коленях. Потому что Мама… Мама… Она… Она сказала участковому: – Правда. – Да ты сам глянь, гражданин начальник! Дядь Гера махнул в сторону кухни. А Павлик вспомнил, как Мама всю ночь там полы скребла и посудой грязной гремела. Это что ж значит, порядок наводила перед приходом полиции?.. Но зачем, почему?! – То есть вы девочку Куликовых не видели, по лицу не били… |