Книга Самая страшная книга 2025, страница 173 – Юлия Саймоназари, Дэн Старков, Дмитрий Лазарев, и др.

Открыла это та самая частная врач, что за немаленькие деньги стала навещать их раз в месяц, а еще консультировала по телефону, когда Андрюшка болел. Увы, тут папа оказался прав. Был человеком Андрюшка или нет, а болел он точно так же, как и все дети.

Врач Селиванова Варвара Леонидовна Андрюшке нравилась. Он помнил, как она появилась в их доме впервые.

Грузная, пусть и совсем небольшая, маме до подбородка, она сразу заняла всю прихожую. Селиванова надела бахилы, которые принесла с собой, чем сразу расположила к себе маму. Долго и тщательно мыла руки, что понравилось уже папе.

Андрюшка терпеливо ждал, когда врач пройдет в комнату. Новых людей он видел очень редко, чаще по телевизору и на фотографиях.

Гуляли родители с ним по ночам, когда мало кого можно было встретить из прохожих. Мама днем часто лежала на диване, упершись взглядом в потолок, а вечером оживала после горсти таблеток. Папа говорил, что это послеродовая депрессия и такое бывает с мамами. Андрюшка знал, что такое послеродовая депрессия. Мама рассказывала по секрету, что послеродовая депрессия обычно проходит к трем годам ребенка, а ее состояние совсем не связано с родами. Только с тем, что родилось.

Это была их с мамой тайна. Был и еще один секрет, от папы, – что мама несколько раз пыталась убить Андрюшку. Андрюшке нравилось, что у них с мамой есть общие секреты.

Варвара Леонидовна вошла в комнату и уставилась на Андрюшку. Он тоже смотрел на нее не отрываясь, впитывая каждую эмоцию и каждую черточку незнакомого лица.

– Урод, конечно, но я и раньше уродов видела, – наконец произнесла врач и, отмерев, принялась копаться в своем чемоданчике.

– Прошу прощения! – возмутился отец. – Вообще-то Андрюшка вас слышит и понимает!

– Отлично, слух можно не проверять, – не растерялась врач и развела руками. – А что вы хотите? Врать мальчику, что он нормальный, и надеяться, что общество поддержит вашу ложь? Общество безжалостно. Чем раньше Андрей поймет, что он урод, тем раньше смирится с этим.

Мама заплакала и выскочила из комнаты. Андрюшка и правда слышал очень хорошо, так что сразу понял, что она побежала за своими таблетками. Одна, вторая, третья… Они еле слышно падали на влажную от волнения ладонь. Мама опять превышала дозу лекарства. Еще один их секрет.

Он позволил Варваре Леонидовне послушать себя прохладным стетоскопом, разглядывая вблизи кожу чужого человека. Ему нравилось во враче все. И ее обвисшие собачьими брылями щеки с крупными порами, каких не было у него самого. И волосатая родинка у уха, и выщипанные почти в ниточку брови. У него не было никаких бровей, ни тонких, ни толстых, и волосы его очаровывали.

– Нормально все. – Голос Варвары Леонидовны чуть дрогнул, но в остальном она хорошо держалась. Она достала палочку в бумажной обертке. Разорвала бумагу и покрутила плоской палочкой перед ним. – Я посмотрю твой рот, а потом ты получишь эту палочку в подарок. Как тебе идея, Андрей?

Андрюшка послушно кивнул. Он не знал, зачем ему может пригодиться палочка, но ему нравилось, как по-взрослому врач звала его Андреем и как очень осторожно, даже вежливо опасалась. Если ее и тошнило от его вида, то она это успешно скрывала. Как папа.

Папу Андрюшка очень уважал, поэтому покорно открыл рот и позволил проверить горло и язык.