Книга Самая страшная книга 2025, страница 176 – Юлия Саймоназари, Дэн Старков, Дмитрий Лазарев, и др.

Она улыбалась и даже смеялась.

– Только не говори, что ты начала пить. – Папа с трудом скрыл недовольство в голосе, но Андрюшка слышал его так отчетливо, словно тот и не старался. – Это так по́шло. Я же не пью, хотя на моем месте любой бы запил.

Андрюшка подошел поближе и принюхался. От мамы не пахло алкоголем. Значит, это просто папины секреты, которые он выбалтывал им раз в пару месяцев.

Про то, что другие на его месте ушли бы из семьи. Те, другие, запили бы обязательно еще после рождения Андрюшки. Эти другие обязательно проверили бы его ДНК на схожесть с собственным.

В общем, Андрюшке не нравились «те другие» и то, что папа совершенно не умел хранить секреты. Поэтому у Андрюшки с ним секретов и не было.

– Не начала. – Мама перестала улыбаться. – Я принесла сыну подарок на день рождения.

Это было что-то новенькое. Андрюшка, закутанный до самого полупрозрачного носа в простыню, подобрался поближе.

Мама никогда не звала его сыном и не дарила подарков на день рождения. В другие дни дарила, а на день рождения – никогда. Да и день рождения у Андрюшки был в декабре, а не в июле.

– Иди сюда, милый. – Мама начала копаться в принесенной с собой большой грязной сумке. От сумки пахло мерзко и притягательно. Удивительное сочетание. Не крысиный яд и не кислота. Запах был знакомым, но в то же время другим.

Одним словом, психологи из телевизора снова оказались правы. Неизвестно, когда Андрюшка сам додумался бы до такого, может, и никогда. Но у него была его мама, которая пыталась любить его. Не его вина, что ей для этого нужны были таблетки.

– Я раздобыла тебе маску, – тем же нежным голосом сказала она. – Тебе понравится.

Потом они с папой ругались на кухне. Мама плакала, а ее таблетки пил папа. Они уснули в обнимку на узеньком кухонном диванчике, а Андрюшка пытался понять, нравится ли ему мамин подарок.

Он знал, что она читает много тематических книжек, в которых он понимает едва ли каждое третье слово, это был еще один их секрет. Но ему и в голову не пришло бы подумать, что его нежная мама способна на это.

Маска была не слишком хорошей. Грязной и дурно пахнущей. Но Андрюшка любил маму и всегда слушался ее. Он ел все, что она готовила, и никогда не сопротивлялся, когда она пыталась его задушить. И мама чувствовала, что никто не любит ее так, как он. И вот она решила ответить ему на его любовь. Доказать, что именно она его мама.

Андрюшка встал перед зеркалом и приложил маску к коже. Влажная и липкая, она словно присосалась к его гладкому и плотному лицу – не оторвешь! И скальпированная волосяная часть легла как родная. Уже увереннее он натянул и перчатки. Настоящие ногти удивительно было видеть на руках, и Андрюшка несколько раз сжал и разжал ладони.

А потом пошел в душ. Отмывать кожу рук и лица от липких следов крови. Он закинул в стиральную машину грязную сумку и вытер пол.

Никаких следов маминого срыва. Еще один маленький секрет. В этот раз на троих. Только бы папа не проболтался!

Андрюшка думал, что теперь наконец сможет пойти в школу, но получилось иначе. К ним пришли люди. Кто-то видел, как мама входила в чужой дом. А кто-то изучал содержимое компьютера врача Варвары Леонидовны Селивановой.

Так и Андрюшка, и мама с папой узнали, что Селиванова действительно мечтала о мировом имени. И получить его собиралась за Андрюшкин счет.