Книга Детектив к Рождеству, страница 13 – Анна и Сергей Литвиновы, Артур Гедеон, Татьяна Устинова, и др.

— Лет через двадцать-тридцать придется менять дислокацию, — печально улыбнулся Лари Асгардсон. — На этот раз подамся в Аргентину.

— Участь бессмертных не сидеть на месте, — с пониманием кивнул Антон Антонович. — Вечные странники.

На том они расстались. Глядя, как профессор шагает в сторону университета, Крымов спросил:

— Объяснитесь, Антон Антонович, что за секреты? Этого мне знать нельзя, того нельзя. Летим сейчас туда-то без объяснений, и баста. Что это такое?

— Вы забыли последнее. Вас ждет приключение. Мое энергетическое поле меня выдает. Когда через два часа у господина Асгардсона закончатся уроки и он поедет в свой загородный дом, преследовать его будете вы.

— Я?

— Именно так. Он вас не чувствует. — Оба сыщика, стар и млад, топали по Сенатской площади в неизвестном направлении. Просто нервно говорили и шли. — Все сделаете незаметно. У него сегодня очередное свидание с этой Лоттой-Мимозой Каарханен.

— Которая ему в дочери годится?

— С ней самой. Думаю, она поедет к нему после занятий. Спальня на втором этаже. Мне нужно, чтобы вы узнали как можно больше о том, что увидите и услышите. Если что, залезьте на дерево. Или проникните в дом и подслушайте под дверями. Я не знаю — придумайте что-нибудь!

— А о прослушке вы не подумали?

— Подумали. Что-то глушит ее. Как вы хотите, Локи — хитрец!

— А что, если у него здоровенный пес?

— Нет у него никакого пса. Животные боятся его. Интуитивно. Даже хомячки сдохли с перепугу. И рыбки всплыли кверху брюхом.

— Ясно. — Крымов покачал головой. — Предлагаете мне зимой лезть на дерево? Как макаке?

— Я бы сам полез! — взорвался Долгополов. — Говорю же: он меня чувствует!

— Представляю, как вы ползете по дереву, будто старый паук.

— Ха-ха-ха! — скривился Долгополов. — От макаки слышу. Так полезете или нет?

— Полезу, старый садист.

— Отлично, тогда вперед! Я тут для вас одну липучку приготовил.

— Какую еще липучку?

— Новые технологии. Плюете в окно, на стекло, она прилипает, а в ней сенсоры.

— А если недоплюну?

— Это фигурально. Из пистолета. И вы слышите на расстоянии тридцати метров, о чем говорят в комнате. Так что далеко в сад не забирайтесь. Будьте поближе к окошку, Андрей Петрович. И еще, если будет возможность, снимите любовную сцену. Камеру на лоб прикрепите, ремешок застегнете на затылке. Вот здесь вся аппаратура. — Он вытащил из сумки небольшую коробку и показал ее Крымову. — Компактный набор разведчика.

По площади изрядно мел снег.

— Вы из меня маньяка делаете?

— Не маньяка, а бескомпромиссного спецагента.

— А если меня финская полиция за мою бескомпромиссность за задницу схватит? Или подстрелит прямо на дереве?

— А вы ловчите, ловчите. На рожон не лезьте. Потихонечку, незаметно. В Праге по черепичным крышам за Големом и от Голема о-е-ей как бегали! С ветерком! Только пятки сверкали. И потом, финская полиция медлительная, избалованная слабо развитой преступностью, изнеженная порядочностью своих культурных сограждан. Пока она хватится, вы уже в аэропорту будете, где я, кстати, и стану вас ожидать.

— Нет уж! Поедете со мной, остановитесь на расстоянии и будете заговаривать зубы водителю. Вы же финский знаете? А еще лучше — возьмем машину напрокат. Да, именно так. А иначе я не согласен лазать по деревьям и подглядывать за любовниками. Как хотите, господин Долгополов! Кстати, где он живет?