Книга Отвергнутая. Хозяйка кофейного дома, страница 72 – Катрин Алисина

Прекрасную леди… после развода я лишусь титула. Но Деймон продолжал звать меня именно так, нарочито игнорируя правила.

— Идемте, Рейна, — капитан приглашающим жестом позвал меня в каюту.

Я вздохнула. Не вышло. Что ж, придется иметь дело с тем, что есть.

Каюта капитана выглядела именно так, как я себе ее и представляла. Мебель из темного дерева, бархатная обивка кресел. Глобус и карта на столе. В карту были воткнуты золотистые флажки, пригвоздившие бумагу к столешнице. Еще на столе стоял серебряный чайный сервиз. Из носика чайничка шел дымок.

На полках у стен красовались резные шкатулки, песочные часы, чернильница с пером, капитанский журнал в кожаной обложке и фигуры кораблей. Одна совершенно точно повторяла судно, на котором мы находились.

У ближней стены стоял холщовые мешки. Завязанные, так что о содержимом я могла только догадываться. И задаваться вопросом, почему они не в трюме, а здесь.

Пахло кофе и деревом.

— Должен сразу предупредить, золота у меня нет, — капитан приглашающим жестом указал на кресло.

Я растерялась.

— Тогда зачем… Зачем вы меня пригласили на встречу, капитан? — во мне боролись два чувства — непонимание и раздражение. — У меня в конце концов весь день делами забит. И тратить время на…

— Потому что я готов предложить нечто другое, — капитан настойчиво кивнул на кресло. Сам он уже разместился за широким дубовым столом и сложил руки в замок.

— Например? — я присела на краешек кресла.

Оно было довольно твердым и жестким. Уверена, у капитана — мягкое.

Итак, переговоры начались. Неудобное кресло — один из методов ведения торговли. Оппоненту должно быть некомфортно, должно появиться желание быстрее закончить встречу.

Согласившись на нужные условия, конечно.

— Чаю? — широко улыбнулся капитан.

Пододвинул ко мне серебряную чашечку.

И снова знакомый прием: он хочет расположить меня к себе. Заставить испытывать благодарность. А значит, лояльнее относиться к его условиям.

— С удовольствием, — еще шире улыбнулась я.

Не на ту напал.

Чай выпью, а стоять буду на своем. У меня выбора особого нет.

— Итак, — я сделала глоток. Чай оказался умопомрачительным. Чуть горьковатый, с тонкими нотками. — Что вы предлагаете?

— Я бы хотел сначала увидеть книгу, — мягко улыбнулся капитан. — От этого зависит размер оплаты.

Я кивнула.

Справедливая просьба.

Потянулась за пазуху. Достала сверток. Аккуратно развернула.

Книга выглядела великолепно. Я и сама залюбовалась на мгновение. Кожаная обертка с золотым тиснением, на него какраз упал солнечный луч из окна. Заставил переливаться, словно драгоценное украшение.

Я протянула свое сокровище капитану. Тот принял с улыбкой, осторожно открыл, перелестныл страницы.

Кивнул.

— Да, написано на языке Аттая, — согласился он. — Как я и думал, это любовный роман.

Сердце забилось чаще.

— Значит, подходит для подарка?

— Да, моя куколка обожает такие вещицы, — кивнул капитан, продолжая листать. — Жаль, что их редко пишут. Больше трактаты по истории или рассуждения о науке. Книги для ученых мужей. Скука.

— Да, — вежливо согласилась я, — для развлечения они мало подходят.

— Кому как, — приняв светский тон, кивнул капитан, — знаю одну даму, запоем читает. В любом случае, ваша книга — то, что мне нужно.

— Это отлично, — позволила себе улыбку я.

— Кин-рин обожает, когда привожу ей подарки из плаваний, — продолжил капитан. — Сразу становится мягкой и нежной, как шелк.