Книга Миссия: Новогодний принц, страница 40 – Селина Катрин

В конце концов, хозяин дома утонченного отдыха погрустнел и осел в кресло. Я же вдруг подумала, что название заведения как нельзя лучше отражает реальное положение дел. Не бордель. Не массажный салон. Не дом удовольствий. А именно дом утончённого отдыха. Тотализатор, ставки, видеокамеры, трансляции… Намеренное столкновение столь противоположных культур. Я бы сказала «извращённого», но тут уж дело личных взглядов.

После пережитого меня всё ещё потряхивало, когда главная пиксиянка хлопнула в ладоши, показывая, что они наелись, и Асфароол наконец вышел из той комнаты. Внизу он молча взял две шестилитровки с надписью «Снежок-9» и, бросив нечитаемый взгляд на октопотроида, рыкнул мне:

– София, пойдём отсюда.

Конечно же, я рванула за принцем не мешкая.

Холодный воздух Кара’Тука ударил в лицо – и только тогда я поняла, что всё это время не дышала глубоко, будто боялась вдохнуть разврат и чужую жадность. Капюшон с Асфароола слетел, пончо было накинуто скорее для галочки, чем реально скрывало его одежду, варежки он и вовсе забыл в том треклятом здании, но я не сказала ему ни слова. Всю дорогу до «Зимы» я думала о том, что сделал для меня Асфароол. А какую бы игру затеял Нар’Хир, если бы я согласилась помассировать ноги и спину тому клиенту? От чего спас меня песчаный принц? Затем мысли скакнули на то, стоит ли говорить принцу, что я в курсе, что было за стеклом. И надо ли рассказывать, что это видели ещё очень много гуманоидов? Наверное, не стоит. Это сильно его ранит…

– Заливай, и полетели, – скомандовал Асфароол, стоило только зайти на борт.

Не теряя лишних минут, я залила всю охлаждающую жидкость в систему, быстро нагрела термопластмассу, из которой были сделаны банки, и запаяла ею трещины в трубах. Такой стандарт, чтобы упаковочный материал можно было переиспользовать на космических кораблях повторно, был установлен Таноргом уже как пару сотен лет, а «Снежок-9» оказался качественными имел именно таноржское производство.

– Успеваем? – уточнил Асфароол, стоило нам выйти в космос.

Я посмотрела на данные, заботливо выведенные Зимом на панель управления, и кивнула.

– Да, но придётся поднажать.

Оставшееся расстояние мы пролетели в рекордно сжатые сроки – за сутки с небольшим. Это было ровно столько, чтобы я поняла: есть тишина привычная, рабочая, а есть та, что давит сильнее любой аварийной сирены.

Асфароол почти не говорил. Отвечал коротко, сухо, без своих пафосных восточных оборотов, без привычной гордой напыщенности. И даже без возмущения, которое обычно шло у него фоном, как встроенный биочип. А я чувствовала ужасную неловкость и… печаль.

Что скоро расстанемся. Каких-то пять суток на «Зиме», но я успела к нему привязаться так, как обычно не привязываются к людям, с которыми споришь каждый день, кого хочется стукнуть по голове пустым термосом, но почему-то не можешь представить, что завтра их просто не будет рядом. С другой стороны, надо ведь радоваться, что Асфароол вернулся домой вовремя, как и хотел. Верно?

О случившемся на Кара’Туке я так и не смогла заговорить. Чувствовала, что принцу это будет неприятно, да и не знала, какие слова стоит тут подобрать. Одно знала точно – я была ему бесконечно благодарна за то, что выбил для нас охлаждайку из этого мерзкого октопотроида.