Книга Миссия: Новогодний принц, страница 42 – Селина Катрин

Додворца мы добрались минут за двадцать, если судить по коммуникатору. Чем ближе мы подходили, тем больше территория вокруг превращалась в уютный оазис, к которому так и просилась табличка: «Посещение музея только по вторникам и пятницам, вход – пятнадцать кредитов. Не забывайте надевать бахилы».

Дворец стоял на возвышении и выглядел так, что в первую секунду я даже не поверила, что это не голограмма. Сверкающие купола вспыхивали на солнце, как будто пытались ослепить меня лично. Стены были украшены резьбой: завитки, арабески, хвосты скорпионов и клыки пустынных гиен для защиты от злых духов – как любезно пояснил мне Асфароол. Вокруг дворца были сады – точнее, Сады, с ударением на то, что поливная система тут явно работает на чистой магии… ну или человеческом труде. Пальмы, как стройные красавицы, тянулись к солнцу. Фонтаны били в небо такими дугами, что хотелось уточнить, не стоят ли в углу какие-то скрытые антиграв-генераторы.

Встреченные люди, будь то мужчины или женщины, низко кланялись моему спутнику. Так низко и раболепно, а сам принц при этом выглядел так естественно и гармонично, что я начала чувствовать себя контрабандным сувениром.

– Ой, а это удобно, что я зайду? Может, эмир будет не рад инопланетной гостье? – забормотала я, чуть дёргая Асфароола за рукав. Именно так, как показывала ему, где осталось пятно на зеркале в прихожей «Зимы» и его надо повторно протереть.

Стоящий рядом охранник (паладин, точно!) бросил на меня столь выразительный взгляд, что я тут же отдёрнула пальцы от одежд принца как от кипятка.

– Глупости, – возразил Асфароол, набирая полную грудь горячего воздуха. – Мой отец всегда рад иномирным гостям. Он считает, что нам у вас всегда есть чему поучиться. А вот, кстати, и он.

Эмир не просто «вышел» – он вошёл, как ходят люди, у которых есть личная гравитация. Та, что тянет на колени всех неподготовленных и слегка мнёт ковры тех, кто посмел смотреть прямо в глаза. Он был высок, широк в плечах, в одеждах цвета расплавленного золота. Узоры шли по ткани так густо, будто кто-то приказал вышивальщицам занять каждый миллиметр кафтана. На голове – тюрбан, такого же насыщенного цвета, как у Асфароола, но крупнее. Головной убор уровня «персональная корона» с массивной пряжкой в форме солнечного диска. Борода – густая, аккуратнозаплетённая в косу, перехваченную чёрно-золотыми кольцами. Лицо – загорелое, суровое. Взгляд – как нож по стеклу. Сходство между ним и Асфароолом было столь явным, что на миг я задержала дыхание. Не знала, что так бывает!

Мой спутник сразу выпрямился, будто костями вспомнил, что он наследный принц. Я попыталась выпрямиться тоже, но получилось скорее «глупо вытянулась», чем «почтительно». Эмир остановился всего в шаге от сына.

– Асфар-ул-Раашин ибн Кифар аль-Кархан, эмир самого могучего и славного города на Террасоре – Джар’хаэля, – торжественно представил Асфароол отца на межгалактическом, опуская голову, но не слишком – ровно настолько, чтобы показать уважение, но не покорность.

Они приложили ладони к сердцу, затем ко лбу, затем обменялись лёгкими касаниями плеч – жест, который я бы описала как «мужская версия восточного объятия».

Дальше пошёл разговор на террасорском, которого я не понимала. Эмир хмурился, Асфароол почему-то улыбался, а затем, когда я рассматривала расписной потолок и решила, что про меня уже совсем забыли, вдруг снова перешёл на межгалактический: