Книга Продана Налгару, страница 14 – Каллия Силвер

Пусть планета горит. Пусть мелкие военачальники встают в позы и истекают кровью, пожираемые своими мелочными амбициями.

Она уже в пути, и ничто этому не помешает.

Глава 8

Дверь снова открылась.

Сесилия больше не вздрагивала. Точнее, страх никуда не делся, но она научилась загонять его вглубь, дышать сквозь него, стоять прямо, даже когда сердце грохотало в груди.

Вошли двое.

Те самые — высокие и молчаливые. Стройные, в шлемах, они скорее скользили, чем шли. Она так и не знала, кто они такие. Они никогда не говорили. Никогда не реагировали. Просто гладкие чёрные костюмы, натянутые на нечеловеческие фигуры, и пустые лицевые пластины, которые, казалось, смотрели сквозь неё.

Следом за ними появился приземистый зелёный — тот, с камнем-переводчиком. Её тюремщик.

Он жестом подозвал её.

Она встала, скованная и напряжённая; мягкие инопланетные одежды бесполезно льнули к коже. Выбора не было — пришлось идти следом.

Коридор был из бесшовного металла и тянулся бесконечно. Ни дверей, ни окон. Лампы над головой слабо пульсировали — медленно и тревожно.

Они остановились у новой комнаты.

Эта была просторнее. Холоднее. Стерильное.

Запах антисептика ударил в нос, как кулак. Больницы. Операционные. Вещи, которые забирают без разрешения. Её кулаки сжались.

Высокое существо встало у неё за спиной.

Она вошла.

Стены были белыми, сияющими. В центре стояла гладкая изогнутая платформа — что-то, предназначенное для неё. Свет был ярким, слишком ярким.

Она повернулась к пришельцу.

— Они скоро прибудут, — сказал он; камень в его руке слабо светился.

Внутри у неё всё оборвалось.

— Ты должна быть готова к его осмотру.

— Его… чему?

— Военачальнику. Его стандарты строги.

Ужас поднялся холодной волной. Осмотр? Словно она товар? Пошёл ты.

Фигуры в шлемах двинулись вперёд.

— Что это? — потребовала она, голос сорвался. — Что вы собираетесь делать?

Ответа не последовало.

Свет стал резче.

Они потянулись к её одежде.

Она застыла, когда ткань разошлась под их руками, соскальзывая прочь, словно созданная распадаться от одного прикосновения.

— Нет! Постойте… — прошептала она.

Они не стали ждать.

Роба. Тапочки. Даже тонкое инопланетное бельё. Всё исчезло.

Она стояла обнажённая, дрожа, обхватив себя руками, пока внутри боролись унижение и ярость.

Но они не пялились. Не смотрели с вожделением.

Они видели не женщину. Просто… объект.

Это было хуже.

Пришелец указална второй дверной проём.

— Иди.

Она проследила за его пальцем. Круглая камера, усеянная трубками и вентиляционными отверстиями.

— Нет, — прошептала она. — Что там?

— Санитарная обработка. Тебя нужно очистить.

Горло перехватило.

— С тобой хорошо обращаются, — добавил он холоднее. — По его просьбе. Если откажешься, мы применим силу. Следов не останется.

Она заколебалась, затем шагнула вперёд.

Дверь с шипением закрылась за спиной.

Вырвался туман. Холодный, химический и резкий, он покрыл её кожу, скользя между ног и по коже головы. Она содрогнулась, хватая ртом воздух от жжения антисептика на саднившей коже.

— Встань. Ноги врозь, — раздался голос.

Она замерла.

— Сейчас же.

Тело подчинилось.

Распыление прекратилось. Поток тёплого воздуха высушил её. Затем тишина.

Дверь открылась.

Она вышла: обнажённая, кожа покалывала, чувствуя себя ободранной изнутри и снаружи.

Ей подали одеяние глубокого фиолетового цвета, расшитое золотой нитью. Оно было красивым, но чужим. Она надела его; тяжёлая ткань зашелестела по голой коже. Золотой пояс стянул талию.