Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 144 – Карисса Бродбент

Азар прищурился. Он переводил глаза с Эсме на меня и обратно, словно бы догадываясь, что мы разговаривали о нем, но не желая оглашать свои подозрения вслух.

– Заставить меня поработать?

Хозяйка дома указала рукой в угол – на небольшое пианино. Оно было черным, блестящим, вычурно украшенным по краям; клавиши из слоновой кости ярко сияли. Сверху лежал слой пыли.

– Наверняка наверху появились новые песни, – сказала Эсме. – Сыграй мне что-нибудь. Мне не хватает музыки. Музыканты из моих зверушек просто ужасные.

Я ахнула и вскочила, умоляюще сжав руки:

– Да-да! Поиграй нам, пожалуйста!

Мне до смерти захотелось это увидеть.

Азар начал было отнекиваться, но Эсме трагично вздохнула:

– Вот, значит, как? Я пускаю тебя вместе с попутчиками в дом и какова благодарность? Когда потом одинокая мертвая женщина, у которой в целом свете нет ни единого друга, просит тебя о сущей мелочи…

– Ну ладно, не начинай! – Азар закатил глаза к небу, но уголок рта у него довольно приподнялся.

Он бросил на меня извиняющийся взгляд, а затем стряхнул мусор и уселся на банкетку. На секунду кончики его пальцев легли на клавиши – нежно, так и хотелось сказать, с благоговением.

А потом он заиграл.

Эсме довольно просияла. А у меня так просто челюсть отвалилась.

Боги, это было невероятно.

Азар завел выразительную, оживленную мелодию, и насыщенные волны звука заполнили комнату, как будто она сделала глубокий вдох. Я придвинула кресло как можно ближе к пианино и уселась, подтянув колени к груди.

Я смотрела, как танцуют по клавишам его пальцы, длинные и подвижные, покрытые татуированными линиями и шрамами.

– Это потрясающе, – не удержавшись, прошептала я.

В мимолетном взгляде, который бросил в мою сторону Азар, сверкнула едва заметная улыбка.

Затем вокруг рук Азара собрались тонкие завихрения его магии, дополняя игру. Звук был таким богатым и насыщенным, что словно бы не принадлежал к нашему смертному миру.

– Азар, да это и впрямь замечательно. Ты еще не разучился! – Эсме повернулась, так что бархатная юбка вихрем закрутилась вокруг нее, и протянула мне руку. – Мише, потанцуй со мной. Я очень давно не танцевала с партнером.

А я сама-то когда в последний раз танцевала? Раньше, много лет назад, мне это очень нравилось. У меня по лицу расплылась широкая улыбка. Я приняла протянутую руку – которая каким-то образом казалась и осязаемой, и бесплотной одновременно, – и мы вдвоем закружились по комнате. Это не был какой-то конкретный танец с определенными па. Но мое тело знало, как двигаться под музыку Азара, следуя ритму, который казался естественным, словно удары сердца. Шелк сорочки развевался вокруг ног, халат захлестывал мои пируэты мазками ночи. Эсме весело хохотала, отдавшись простой смертной радости. Даже Луче била хвостом по ковру, а ритм музыки все нарастал, словно бы устремившаяся в полет птица.

Я глянула через плечо на Азара. И чуть не споткнулась: его глаза горели, руки вдохновенно летали над клавишами, а капелька воды, упавшая с волос, отчаянно пыталась удержаться на носу. И улыбался он так, что весь мир вокруг останавливался, – улыбка его напомнила мне, как я впервые увидела солнце, поднимающееся над Цитаделью, и подумала: «Я дома».

Я дома.

Наконец мы выдохлись. Я уже сбилась со счета, сколько мелодий сыграл Азар по требованию Эсме. Но она сама первой собралась уходить, подавив зевок.