Книга Жена двух драконов, страница 28 – Йона Янссон

— Во дворце есть другие женщины — наложницы. Они здесь для утех и временного развлечения, их участь — быть сменяемыми. Но ты — жена. Третья. Это дает статус и налагает ответственность. Старшие жены не оправдали ожиданий, их время уходит. Твое — начинается. Не упусти его.

В голосе Гекубы не слышалось угрозы, но не было и поддержки.

— Ты будешь делать все, что потребуют. Соблюдать правила, учиться и ждать, когда господин соизволит призвать тебя. Твое тело, мысли и твое лоно отныне принадлежат ему. Поняла?

Она не спрашивала — требовала подтверждения. Венетия, парализованная страхом и подавленная этой женщиной, смогла лишь кивнуть, чувствуя ком в горле.

Гекуба слегка наклонила голову — жест скорее снисходительный, чем одобрительный.

— Хорошо. С сегодняшнего дня начнется твое обучение. Но запомни: здесь ценят только результат. Ты здесь, чтобы родить сына. Все остальное — декорации. Не опозорь выбор моего сына. И не опозорь меня.

С этими словами она развернулась, и черный силуэт поплыл к выходу, растворяясь в полумраке так же бесшумно, как появился. После нее в воздухе повисло ледяное эхо слов, а Венетия осталась стоять, ощущая тяжесть парчи и еще более тяжкое бремя ожиданий. Она была не просто пленницей — она была инвестицией. И провал, как дала понять Гекуба, будет стоить ей дороже, чем просто жизнь.

Вслед за матерью дракона вошли уже другие безмолвные служанки. Одним взглядом они дали понять, что нужно следовать за ними. Венетию повели не через огромную арку с видом на бездну, а вглубь апартаментов, через неприметную низкую дверь.

Она оказалась в небольшой уютной столовой. Здесь тоже царило богатство, но иного рода — не подавляющее, а подчеркивающее комфорт. Стол из темного полированногодерева ломился от еды, хотя накрыт был на одну персону.

Венетия никогда не видела такого изобилия. На серебряном блюде лежала запеченная целиком птица с золотистой корочкой, размером с лебедя, но незнакомого вида. Рядом дымилось рагу, где в густом соусе тонули куски нежного мяса, пахнущие травами и вином. В хрустальных вазах громоздились фрукты: алые ягоды, похожие на сердца, бархатистые персики, странные колючие шары с полупрозрачной мякотью. Устрицы на льду, розовая икра, тончайшие ломтики вяленого мяса, свежий хлеб и десятки сортов сыра.

Гекуба, стоявшая у камина, где весело трещали поленья, наблюдала тем же оценивающим взглядом.

— Ешь, — приказала она. — Тебе нужны силы.

Венетия робко опустилась на стул. Служанка наполнила кубок густым темным вином, пахнущим сливами и дубом, другая положила на тарелку кусок птицы. Мясо таяло во рту, но вкуса девушка почти не чувствовала. Еда была лишь еще одним доказательством того, в каком чужом мире она оказалась.

— Все, что ты видишь, — голос Гекубы звучал как лекция, — дань. Птица — с жарких южных равнин, за месяц пути отсюда. Вино — с западных долин, где солнце ласкает виноградники девять месяцев в году. Фрукты — с восточных террасных садов, орошаемых водами ледников. Каждый город, каждое поселение в пределах видимости с вершины этой горы платит дань. Золотом, скотом, урожаем. И лучшими продуктами.

Она подошла к столу и тонким пальцем указала на небольшую плетеную корзинку в стороне.

— А это ты, наверно, узнаешь.

В голосе прозвучала тень чего-то неопределимого. Венетия посмотрела: в корзинке лежали знакомые грубоватые лепешки с тмином, а рядом стоял глиняный горшочек с белым рассыпчатым сыром.