Книга Сердце зимнего духа, страница 73 – Лолита Стоун

Девушка посмотрела на него внимательно. Она давно замечала: его взгляды, его неловкость, его заботу. Этот разговор должен был случиться рано или поздно. Она кивнула.

— Конечно. Пойдём.

Она накинула платок потеплее, закрыла дверь и вышла. Они пошли по окраине деревни — по узкой тропинке, где уже лежали первые опавшие листья, золотые и багряные. Вечер был тихий: где-то вдалеке лаяла собака, в домах светились окна, пахло дымом из труб. Они шли молча сначала — Сергей чуть впереди, Анфиса рядом, шаги их хрустели по листве.

Потом он остановился — резко, но не внезапно. Повернулся к ней лицом. В свете луны его глаза блестели.

— Фиса, — сказал он, и голос его дрогнул. — Ты мне давно нравишься. Очень нравишься. Я никого не вижу кроме тебя. С того дня, как ты осталась одна, я… я всё время думал о тебе. Хотел быть рядом, помогать, защищать. И я был бы очень счастлив, если бы ты стала моей женой. Я обещаю беречь тебя, заботиться, любить. Всегда.

Он говорил тихо, но каждое слово было тяжёлым, искренним. Анфиса слушала внимательно — не перебивая, не отводя глаз. Она прекрасно видела всё это раньше: его взгляды, когда он приносил дрова; его неловкость на празднике; его заботу, когда он помогал с водой или снегом. Этот разговор должен был случиться — она знала. И вот он случился.

Она молчала несколько мгновений, собирая мысли. Потом заговорила — мягко, спокойно, без резкости.

— Сергей… Ты очень хороший парень. Надёжный, добрый, честный. Любая девушка в деревне с радостью вышла бы за тебя замуж. Ты заслуживаешь счастья. Но… в моём сердце уже живёт другой.

Она сделала паузу, глядя ему в глаза.

— Ты для меня дорог как хороший друг. Я прекрасно помню твою доброту, твою заботу ко мне— и очень благодарна. Ты всегда был рядом, когда нужно. Но я не могу принять твоё предложение. Не могу.

Сергей слегка грустно улыбнулся — уголки губ дрогнули, глаза потемнели.

— Похоже, кто-то уже опередил меня, — сказал он тихо, с горькой усмешкой. — Я задумывался о чем-то подобном… Но всё равно хотел сказать.

Анфиса кивнула — глаза её были мягкими, но голос твёрдым.

— Я верю и знаю: ты обязательно найдёшь девушку, которая полюбит тебя так же сильно, как ты это заслуживаешь. Ты будешь счастлив, Сергей. Я желаю тебе этого от всего сердца.

Он посмотрел на неё долго — потом улыбнулся, уже мягче.

— Спасибо, Фиса. Я тоже желаю тебе настоящего счастья с тем, кто тебе полюбился. И если тебе когда-нибудь понадобится помощь — любая — приходи. Я всегда помогу.

Он кивнул — коротко, по-мужски — и развернулся. Пошёл прочь по тропинке, силуэт его постепенно растворялся в осенних сумерках. Анфиса смотрела ему вслед — пока он не скрылся за поворотом. На душе было немного неприятно — не от обиды, а от грусти за него. Но она была искренна. Она не могла обмануть ни его, ни себя.

Она развернулась и медленно пошла домой. Листья шуршали под ногами, ветер шептал в ветвях, луна освещала тропинку. Дверь домика скрипнула, когда она вошла. Внутри было тепло — печь ещё хранила жар. Она закрыла засов, села у окна и долго смотрела в ночь.

"Прости, Сергей, — подумала она. — Но моё сердце уже занято. И я жду его. Десять месяцев… осталось ещё немного".

Она вздохнула — тихо, спокойно — и улыбнулась в темноту.

Зима вернулась в тайгу тихо, но уверенно — как старая хозяйка, что входит в дом после долгого отсутствия. Начало декабря принесло первые настоящие морозы: воздух стал прозрачным и звонким, дыхание вырывалось густыми облачками, а снег падал крупными, медленными хлопьями, укрывая землю чистым белым покрывалом. Лес затих: птицы улетели или спрятались, звери ушли в норы и берлоги, только редкий волчий вой доносился по ночам из глубины. Деревья стояли голые — берёзы и осины сбросили листву, ели и сосны покрылись инеем, превратившись в белые стражи. Озеро замерзло — сначала тонкой коркой, потом толстой, надёжной, и по нему уже можно было ходить, хотя осторожно, проверяя каждый шаг. Ручьи спрятались подо льдом, только в некоторых местах пробивались слабые струйки, парящие на морозе. Солнце светило низко, лучи его были бледными, но яркими — отражались в снегу так, что глаза слепило. Дни стали короткими, ночи — длинными, звёздными, с морозным дыханием, что покрывает окна изморозью. Зима пришла — суровая, красивая, очищающая.