Книга Луна и Стрелок, страница 30 – Эмили С.Р. Пэн

– Да. Это мое место.

– Тут два места, – сказал он. – Так что… я тоже могу тут сидеть, так?

Она подождала, пока он возьмет рюкзак и передвинется к окну. В легкие прополз сквозняк. И он не смог подавить кашель.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросила она.

– Ну да, – ответил он. Посреди серого утра, в автобусе, полном сонных школьников, со страхом ждущих учебного дня… Он снова смутился. Не просить же ее, чтобы она подышала на него. Не сейчас.

Но она придвинулась ближе. До него долетало ее дыхание – настолько, чтобы стало чуточку легче, и он с благодарностью это принял.

Мысли Луны были так заняты Хантером, что она едва заметила, как автобус покатил в объезд. Они проехали ряд оранжевых дорожных конусов, блокирующих дорогу на месте трещины, в которую накануне угодило колесо их позднего автобуса. В утреннем свете расщелина показалась особенно гигантской. Она что, увеличилась? Такое возможно?

– Ого, – воскликнула она. – Глянь!

Что-то блеснуло на земле поверх трещины.

Светлячки.

– Странно, – сказал Хантер.

Примерно в таком же духе и продолжалась беседа, пока они ехали до школы.

Весь день глубоко в груди Луны зрело непонятное чувство – она толком не могла понять, что это такое, – да еще окутанное неведомой ей прежде стеснительностью. Всякий раз, когда она сталкивалась с Хантером, ее сердце билось иначе. Сначала они встретились в коридоре между третьим и четвертым уроками.

– Привет, – нерешительно поздоровался он.

– Привет, – ответила она. Хотелось сказать что-нибудь остроумное и запоминающееся, но прежде, чем она смогла хоть что-то сообразить, его и след простыл.

Потом она увидела Хантера прямо перед перерывом на ланч – он доставал из шкафчика папку. Над его ухом блеснул и тут же погас фонарик светлячка.

И особое ощущение – то самое, которое она впервые почувствовала во время игры в «Семь минут в раю», – вернулось. Теперь оно подначивало откуда-то пониже горла: ну же, смелей.

Луна подошла к нему как раз вовремя – он уже закрывал шкафчик.

– Слушай, а у тебя… это же астма, да? Ты как, справляешься?

Хантер моргнул:

– Ну, врачи поначалу тоже так думали. Но потом засомневались.

– А теперь тебе лучше?

– Если честно, толком не знаю. Но спасибо.

Слово за слово – и вот они уже вместе вошли в кафетерий. Хантер показал пальцем на пустой столик в углу:

– Пошли сядем?

– Давай. – Как же ей хотелось ответить беспечным тоном, а не перекрикивать бешеный стук сердца в ушах. Так, словно ничего такого не было в том, что она собирается съесть ланч в компании сына злейших врагов своих родителей. Ничего такого в том, что сама Луна при этом считает, что он отличный парень.

Они оба принесли из дома сэндвичи: Хантер – в старой сумке для завтраков, с пятном на боку, Луна – в коричневой бумаге (ужасно расточительно, ни с того ни с сего подумала она).

Они достали еду, и Луна было запаниковала из-за возникшей паузы, как Хантер сказал: «Держи!» Разломил огромное печенье, положил половину на салфетку и подвинул к Луне.

– Ух ты, спасибо.

– В морозилке таких штук пятьдесят, просто потому, что были по акции, – сказал Хантер. – Инстинкт выживания моей мамы. – Он сконфуженно замолчал.

Луна забеспокоилась, что снова наступит тишина.

– По тебе и не скажешь, что ты ходил в частную школу, – она выпалила это раньше, чем смогла себя одернуть.