Книга Луна и Стрелок, страница 33 – Эмили С.Р. Пэн

Например, она видела Хантера – как он осторожно держит коленями ее спортивные туфли, а руками – ее собственные колени, страхуя ее во время скручиваний. Как он сказал: «Я не слишком давлю?», и в голосе его звучала настоящая забота. Как всякий раз, когда она поднималась, ее взгляд останавливался на выпуклых костяшках его пальцев, она ощущала тепло его рук сквозь тренировочные штаны. И надеялась, что колени не липкие. Может, в этом и дело?

Как мокрые от испарины завитки волос падали Хантеру на глаза, когда настала его очередь делать упражнения на пресс, как раскачивалось его тело с каждым повтором.

Время от времени она вспоминала, как их первая встреча в той спальне чужого дома и та игра породили в ней неопределяемое ощущение щекотной теплоты и желание стряхнуть его, избавиться поскорее.

Интересно, думала она порой, а что было бы, если бы я не медлила и все-таки поцеловала его?

Сидя за рулем черного седана, Родни Вонг въезжал в городок Фэйрбридж. Какое чуднóе название, подумал он. Свернул на тихую улочку и очутился в пригороде: домики в нейтральных тонах, подъездные дорожки, сады камней, заборчики из белого штакетника. То там, то сям на заднем дворе он видел качели или батут.

Не здесь он ожидал их найти. Он-то представлял, что они переезжают из одних асфальтовых джунглей в другие, куда-нибудь, где много народу и где легко затеряться.

Опять же, может быть, они на это и рассчитывали – что он так подумает. Хитрые. Всегда были непредсказуемыми.

Он прилетел раньше, чем была назначена первая встреча. Он любил все как следует разведать и оценить обстановку, прощупать почву. Действовать неожиданно – отличный способ быть на шаг впереди.

Под сиденьем Вонг держал небольшой револьвер. Если подвинуть ногу назад, то каблук ботинка наткнется на его рукоять. Просто приятно ощутить холодную сталь. Не для защиты, нет. Здесь не было никого опаснее его самого.

Вонг занимался этим делом уже тридцать лет. Однажды он услышал чьи-то измышления о том, будто он во все это ввязался потому, что в детстве с ним сотворили нечто ужасное. Он даже посмеялся. Как отчаянно люди цепляются за свои понятия о добре и зле. Как они содрогнутся, когда узнают: он мало чем от них отличается.

Он просто зарабатывал на жизнь – не самым приятным способом. Но к любому делу со временем можно притерпеться.

Вонг остановил машину и опустил стекла, чтобы втянуть воздух.

Серый, холодный, он щекотал ноздри. И пахнул чем-то незнакомым. Но не до конца.

Многообещающе пахнул.

Он понятия не имел, где они прячутся, но знал: они здесь. И он их найдет.

Ветер, похоже, сердился не на шутку – он рвал и без того порванную москитную сетку за стеклом. Тут всегда было ветрено, в любое время года. Коди надоело терпеть, как ветер царапает ему лицо. Надоело слушать его завывания и причитания.

Будто бы ветер услышал его мысли: новый свистящий порыв заставил его содрогнуться. Он встал, чтобы сходить за полотенцем и заткнуть его в щель на подоконнике, и тут окно открылось.

Непонятно. В школе Коди проходил силу притяжения. Как может ветер толкнуть стекло вверх?

Ветер вдохнул в комнату лед, стал цепляться за его одежду, разметал разрозненные бумаги из папки Хантера с домашней работой. От его порыва распахнулись двери шкафа. Рваные газеты из клетки Нефриты летали по всей комнате.