Книга Луна и Стрелок, страница 6 – Эмили С.Р. Пэн

Хантер огрызнулся в ответ. Вообще-то это они разозлили какого-то типа, о котором теперь не хотят говорить. И самипоставили себяв ужасное положение, а Хантер и Коди стали невольными жертвами.

Что оставалось делать? Только стоять, будто холодное каменное изваяние, пока родители надрывают глотки. Младшего брата нигде не было видно. Хантер был готов поклясться, что Коди забился в домик из одеял в углу их общей спальни, крепко зажмурился и слушает через стену.

– Если это нас погубит, ты всю жизнь будешь жить с грузом вины! – отец тяжело дышал – так он себя накрутил.

– И как же это нас погубит? – спросил Хантер. Он едва не ляпнул: «И как же это васпогубит?» – но вовремя спохватился.

– Люди узнают о твоих выходках! – сказал отец. – Начнут задавать вопросы. «Кто такой этот Хантер И? Что у него за семья?» Ты не только навлек на нас позор. –Это слово он практически выплюнул, а потом перевел дух. – Из-за тебя мы не только потеряем лицо, но – если кто-то поймет, где мы? И скажет кому надо? Думаешь, мы столько лет прячемся шутки ради?

Хантер знал, что именно, багровея на глазах, силится проговорить отец. У него и самого при мысли об этом пробегал холодок между лопаток, глупо было бы это отрицать. Вместе с тем ему надоело жить в постоянной паранойе. Надоело, когда все в итоге сводилось к одному и тому же страху.

Мать покачала головой: и без того маленького роста, она совсем поникла.

– Он понимает. Теперь, когда он пойдет в другую школу, он начнет заново. – Она обернулась, чтобы говорить с ним напрямую. – Правда ведь, ты будешь лучше себя вести? Больше не будешь попадать в неприятности. Ведь по тебе будут судить всех китайцев!

Голос ее звучал устало.

– Мы разочарованы, Хантер, – сказал отец. – Не такого поведения я ждал от своего сына. Если будешь продолжать в том же духе, может, ты перестанешь им быть.

Мать сдавленно вскрикнула.

– Это как это? – удивился Хантер.

– Ты хочешь пойти в бандиты? Стать неудачником? Знаешь, как часто мать плачет из-за тебя? А начинаешь с тобой говорить – в одно ухо влетело, в другое вылетело! Ты вообще слышишь, что мы говорим? Если мы тебе не семья, то что ж.

– Не надо, Давэй. – Мать определенно вознамерилась быть его рупором. – Хантер будет стараться. Он исправится.

Отец отвернулся:

– Посмотрим.

– Можно попросить госпожу Чжань отвозить его в школу и забирать.

– Я отлично могу сам ездить на автобусе, – громко заявил Хантер.

Но отец уже вышел из комнаты, а мать бросила на него красноречивый взгляд: не спорь.

Замечательно. Его будут возить в школу, как маленького.

Вернувшись в свою комнату, Хантер нашел Коди именно там, где предполагал: в крепости, с головой, обернутой старой простыней. Хантер лег на живот, протискиваясь между стеной и каркасом кровати, пока не добрался до одетых в носки ног.

– Коди!

Брат размотал простыню: его волосы наэлектризовались, и прядки торчали в разные стороны.

– Прости, что мы так орали, – с сожалением сказал Хантер.

Коди потер глаза:

– Почему они всегда такие сердитые?

Хантер сказал ровно столько правды, сколько нужно, чтобы не совсем соврать:

– Взрослые – они такие.

– Ты тоже почти взрослый. Но ты не злишься, как они.

Хантер невесело хмыкнул:

– Ну конечно. – Он всегда был зол. На самом деле практически взбешен. Порой он полночи лежал без сна, размышляя, почему родители приняли то или иное решение. И наматывал гнев на палец, точно нитку: интересно, когда он перетянет палец так сильно, что туда перестанет поступать кровь?