Книга Луна и Стрелок, страница 9 – Эмили С.Р. Пэн

Луна обнаружила, что вспоминает ярких рыбок в аквариуме с той вечеринки. Как они послушно плыли туда, куда укажет ее палец. И подняла руку – ради эксперимента.

Рыбы завращались вокруг своей оси, точно стрелки компаса. И – все как одна – принялись следовать за рукой: то виляя влево, то резко сворачивая вправо. Точно она была дирижером, а они – ее молчаливым оркестром.

Рассказать Рокси – не поверит же! Да и кто бы поверил?

Кроме разве что мальчика с глазами цвета чернил.

Луна опустила руку, и рыбы снова превратились в безвольную стаю. А с той стороны аквариума на нее смотрели глаза, похожие на чернильные озера, – точно она призвала его своими мыслями. Сердце учащенно забилось. Неужели это и правда он?

Она пошевелилась – и он тоже. Что бы она ни делала, он повторял за ней. Втянув щеки, он изобразил «рыбьи губы», и Луна расхохоталась. Они двинулись к краю аквариума, и вскоре вода и стекло уже не разделяли их. Не успела она подумать, что бы такое сказать подходящее моменту, как он быстро перевел взгляд к стойке, где всё громче пререкались на мандарине.

– Тут написано только «скидка пятнадцать процентов». Даты не стоит.

У человека за стойкой был усталый вид:

– Прощу прощения. На странице, из которой вы это вырезали, был написан срок действия.

– Какой страницы? Это был просто флаер!

Появилась Мэри – прежде Луна не видела у нее такого каменного лица.

– Какие-то проблемы? – Она взглянула на флаер. – В этот раз мы сделаем скидку.

Только тогда Луна обратила внимание на то, как напряжены плечи мальчика, как он поморщился, когда человек у стойки проворчал:

– Это и есть счет? Со скидкой?

– Да, сэр.

Ворча еще пуще, человек достал из кармана бумажник. Оттуда на стойку и на пол со звоном посыпалась мелочь.

– Сколько там, пап? – спросил мальчик.

И тут Луна заметила, как они похожи. По-львиному широкий нос, квадратная челюсть, брови, редеющие к вискам.

– Пап? – Мальчик шагнул к стойке, и Луна ощутила, что осталась у аквариумов совсем одна. Она видела, как мальчик вытащил из заднего кармана несколько аккуратно свернутых банкнот и сунул отцу под локоть.

– Что это ты делаешь? – рявкнул тот.

– Тут больше, чем нужно, – сказал мальчик извиняющимся тоном.

Отец обернулся, чтобы уйти, даже не удосужившись пересчитать деньги, мальчик последовал за ним. Луне ужасно хотелось, чтобы он еще раз взглянул в ее сторону.

Мэри презрительно фыркнула, и тут подошли родители Луны.

– Неужели я слышала, как с вами кто-то спорит? – удивилась мать Луны. – Кто же?

– Кто же еще? Семейка И.

Сердце Луны глухо, точно в барабан, застучало у нее в ушах. Этот мальчик – теперь она знала, кто он. Старший сын семейства, презираемого ее родителями. Хантер И.

Холодный ветер резанул грудь и засвистел в ушах. Отец молча кипел, пока они шли через парковку к машине, где ждали остальные. Хантер пытался не кашлять: это разозлило бы отца еще больше. В легких давно не было такой тяжести. Он открыл дверь и уселся позади водительского сиденья.

Мать переводила взгляд с Хантера на мужа, не понимая, что значат выражения их лиц. Она откашлялась:

– Коди, достань, пожалуйста, из багажника мой шарф.

Вот оно что. Им всегда было легче орать на Хантера, если больше никто не слышит. Брат отстегнул ремень и выскользнул наружу, лишь на мгновение помедлив прежде, чем захлопнуть дверцу.