Книга Баллада о зверях и братьях, страница 18 – Морган Готье

Никс откидывается на спинку сиденья, проводит пальцами по волосам и наконец встречается со мной взглядом.

— Я думал, что это был лучший день в моей жизни. У меня была магия. И не просто магия. Я был неуязвим. Хотя я всё ещё чувствовал боль, моё тело всегда исцеляло само себя. Не важно, была ли это маленькая царапина на колене, сломанная рука или ожог — всё заживало и не оставалось ни единого шрама. Но в день, когда я пошёл в школу, я понял, что быть первым носителем такой силы означает, что никто не может меня понять. Никто не может правильно направить меня или подсказать, как стать сильнее. У менянет трансцендентного состояния. Это всё, — он указывает на своё тело. — Всё, что у меня есть. Я до сих пор не знаю, могу ли я умереть и как, и, поверь, многие пытались это выяснить.

— Никс… — наконец произношу я, когда он замолкает на несколько секунд. — Мне жаль, что тебе пришлось через это пройти…

Карета наезжает на кочку, и нас подбрасывает. Я хватаюсь одной рукой за подушку сиденья, другой за стену справа, чтобы удержаться, но Никс, похоже, не ощущает никакого толчка. В его глазах пылает такая ярость, что у меня замирает сердце.

— Мне было плевать на школу, потому что никому в ней не было дела до меня, — он резко хватает мою руку и крепко сжимает. — Что бы они ни говорили там, помни, кто ты есть, и не позволяй им обращаться с тобой как с подопытным, только потому что они тебя боятся.

— Думаешь, они так со мной и поступят? — спрашиваю я, искренне желая услышать правду. Одна часть меня хочет быть готовой ко всему, что эти наставники могут выкинуть, но другая, пугливая и нерешительная, хочет ударить кулаком по крыше кареты и сказать кучеру, чтобы вёз нас обратно в дом Харландов.

— Они будут испытывать твои пределы, — отвечает Никс без колебаний. — Но не позволяй им забрать твою человечность.

У меня нет времени попросить объяснений или узнать, готов ли он поделиться ещё чем-то о своих школьных годах, потому что кучер резко поворачивает налево, и мы проезжаем через большую арку с выгравированными на кремовом камне словами: «Магикос Граммата».

— Добро пожаловать в Магикос Граммата, Китарни, — говорит Никс с мрачной настороженностью во взгляде.

Я вспоминаю, как проезжала мимо Школы Магии, когда впервые приехала в Троновию, и уже тогда подумала, что это место производит невероятное впечатление. Сегодня мы не просто проезжаем мимо — мы въезжаем через арочный проезд и пересекаем вымощенный камнем двор, пока наша карета не замирает. С неохотой Никс выскакивает из экипажа и протягивает мне руку, чтобы помочь выйти. Когда мои ноги касаются гладкого камня, что-то глубоко внутри меня начинает гудеть. В этом месте ощущается древность, которой я не чувствовала больше нигде… хотя нет — я уже чувствовала её однажды, в руинах древнего храма Бавы, где впервые столкнулась с Веспер и её приспешниками.

Я приседаю, не заботясь о том, что кто-то может этоувидеть и подумать, что я сошла с ума, и кладу ладони на землю. Как тёплый разряд, проносящийся сквозь моё тело, я сразу ощущаю знакомое присутствие.

— Китарни? — голос Никса наполнен тревогой. — Что ты делаешь?

— Энвер Сол когда-нибудь бывал здесь? — я игнорирую его вопрос и медленно провожу пальцами по камням, один за другим.

— Может быть? Не знаю. Я же не слушал ни один из уроков истории, помнишь?