Книга Баллада о зверях и братьях, страница 19 – Морган Готье

— Почему я чувствую тебя?— бормочу я, будто Энвер Сол может ответить на мой вопрос. Очевидно, нас что-то связывает через магию, но я всё ещё не понимаю, как это возможно. Как я могу его чувствовать? Чувствовать, где ступали его ноги много лет назад… Я поднимаю взгляд ко входу в школу, будто где-то внутри находятся ответы, в которых я так нуждаюсь, и надеюсь, что моя догадка верна.

Архитектура Магикос Грамматы не вписывается в общий стиль Троновии. Она напоминает старый мир с его алебастровыми колоннами, арочными каменными порталами и яркой мозаикой на стенах и потолках галерей, окружающих двор. Когда мои глаза скользят по идеально ухоженной территории с одной стороны на другую, кое-что привлекает моё внимание и, откровенно говоря, удивляет.

— Где охрана? — спрашиваю я у Никса, поднимаясь.

Он бросает на меня удивлённый взгляд, но потом, будто что-то щёлкает у него в голове, отвечает:

— Охрана не нужна. Преступность в Троновии крайне низкая, и, честно говоря, никто не настолько безумен, чтобы нападать на школу, полную магов.

Весомый довод.

Никс жестом зовёт меня вперёд:

— Готова, Китарни?

Я киваю и иду с ним к массивной тёмной деревянной двери. Когда он тянется к чёрной кованой ручке, чтобы распахнуть дверь, я хватаю его за предплечье и говорю:

— Подожди.

— Что-то не так?

— Я не хочу, чтобы ты подвергал себя этому, если тебе тяжело. Я знаю, что твой дядя велел присматривать за мной, но, если это вызовет у тебя плохие воспоминания и приведёт к депрессии — останься снаружи и подожди.

По его растерянному выражению лица становится ясно, что раньше никто не ставил его эмоциональные потребности выше своих — и оно видно.

— Я уже врала твоему дяде, чтобы прикрыть тебя, и сделаю это снова, если придётся.

Он кладёт свою руку на мою и трижды похлопывает.

— И позволить тебе веселиться без меня? — он щёлкает языком. — Кудаты — туда и я. Независимо от приказов дяди, ты никогда не останешься без защиты.

— Если только ты действительно уверен, что справишься с этим.

Он демонстрирует лукавую улыбку:

— Я больше не ученик, а благодаря приказу дяди они не могут выдворить меня с территории школы. Думаю, пришло время немного навести шороху, как думаешь?

— Только не рассказывай мне об этом, — фыркаю я. — Тогда я смогу с чистой совестью отрицать, что ты был замешан. Я ведь не очень хорошая лгунья.

Внезапно в памяти всплывает, как мы с Атласом сидели в горячем источнике в отеле.

«Ты ужасная лгунья, принцесса».

Кажется, это было так давно. Моё сердце начинает биться быстрее, когда я вспоминаю, как он опёрся руками о плитку за моей спиной, приблизился, и его губы повисли в дыхании от моих. Как по его груди и мускулистым рукам стекали капли воды, и как я тогда мечтала запустить пальцы в его мокрые волосы просто чтобы увидеть, как он на это отреагирует.

Когда Атлас вчера ушёл с ужина, он так и не вернулся. Или, по крайней мере, я не слышала, как он вернулся, а если и вернулся, то ушёл до того, как я проснулась. Как странно — сначала враг, потом друг, и всё равно хочется большего.

— Китарни?

— Да? — я поднимаю на него взгляд.

— У тебя руки светятся.

Я поднимаю руки. И правда, они светятся.

Он мягко поднимает пальцами мой подбородок, чтобы я посмотрела на него.

— И глаза у тебя золотые.

— Я не знаю, почему это происходит.