Книга Забытая жена из горного края, страница 194 – Ника Цезарь

— Мы не полетим? — немного расстроено спросила я.

— Нет. Я уже говорил, что не люблю оборачиваться, — он воспользовался остатками холодной воды вылив её прямо себе на голову, — а лошадей я люблю и утренние прогулки в особенности.

Встряхнув головой, будто собака, он довольно оскалился. В то время, как я замерла, следя за струйками воды, что катились по его груди. Поймав мой взгляд, он довольно подмигнул мне, а я смущенная поджала губы и продолжила одеваться.

Мы выехали из ворот замка, когда сонное оцепенение ещё владело прислугой. Они медленно окунались в новый день, когда мы пустили лошадей в галоп. Я чувствовала себя уверенно в седле, хотя, конечно, и не так, как Мэтью. Я куталась в тёплую накидку, и крепко держала за узду спокойную лошадь, в то время, как он давал свободу своему скакуну, словно они были продолжением друг друга.

Дракон всё время ехал чуть впереди, с удовольствием врываясь в новый день, хоть и старался не потерять меня, постоянно оглядываясь. Его волосы развевались на ветру, а на суровом лице играла едва заметная улыбка — та самая, что появлялась лишь в моменты настоящей свободы.

Через полчаса мы выехали на опушку леса, где ветер шевелил листву, а остатки утреннего тумана цеплялись за тёмные стволы деревьев. Воздух был полон терпкого запаха прелой травы, сырой земли и предчувствия осени.

Не сговариваясь, мы медленно приблизились друг к другу.

— Доротее лучше, но она не желает меня видеть, — глядя на ярко-рыжий лист, затесавшийся в пышной зеленой кроне, я неожиданно вспомнила о драконице, что велела закрыть вчера передо мной дверь.

— Она могла потерять ребёнка, думаю, ты и сама понимаешь, что для неё это тяжело и она корит твою кузину, желая её крови.

— Но это же только на словах? — тихо выдохнула я.

— Нет. Если бы та не уехала, то боюсь, как только Тея смогла бы встать и обратиться, то от Давины осталась бы кучка пепла.

— Я понимаю, что она не права, но она моя родственница… к тому же мы связаны магией, — решила я, поделиться с ним.

— Насколько связаны? — подозрительно покосился он.

— Её жизнь — мой долг, — размыто произнесла я, отвлекаясь, — смотриэто же малина! И много! Надо бы сюда отправить людей, чтобы собрали. Из нее хорошо сделать на зиму варенье…

— Надо попробовать, вдруг не вкусная? К тому же, это отличное место, чтобы нам с тобой перекусить. Я чувствую аромат холодного окорока, что положила повариха… — усмехнувшись, он не стал вдаваться в дальнейшие расспросы о кузине, хотя я видела, что его мои слова зацепили. Вместо этого он остановил коня, слезая, а после протянул ко мне руки.

Осторожно улыбнувшись, я позволила ему помочь, чувствуя, как он нарочито медленно позволяет скользнуть мне вдоль его тела. Медленно вывернувшись, я окинула взглядом кусты, что уходили в глубь леса. Яркие ягоды были похожи на алые рубины, рассыпанные на изумрудном бархате. Сорвав пару ягод, я закинула их в рот, широко улыбаясь.

— Сладкая…

— Надо проверить, — по уже сложившейся традиции, он вновь оказался у меня бесшумно за спиной, но вместо того, чтоб сорвать малину, он припал к моему рту в поцелуе — медленно скользнув кончиком языка по губам, — и правда сладкая, — хрипло выдохнул он, мне в ухо.

— Ты даже не представляешь, насколько, — хмыкнув, я оттолкнула его и вновь вернулась к малине, хотя то и дело украдкой поглядывала на него.