Книга Марианна. Попаданка в нелюбимую жену, страница 53 – Дора Коуст

Вжавшись в стенку кареты, я даже дышала через раз. Слева от меня и от экипажа вниз уходила каменная лестница с округлившимися от времени ступенями. Они были будто стерты до неестественного блеска, словно в подвал этого дома не зарастала народная тропа.

Если это какое-нибудь кабаре или, к примеру, увеселительный дом, я такой развод этому пирату устрою, что мало точно не покажется! Да он у меня на всю империю известным станет!

— Пс-с!.. — окликнул меня Бергамот.

Глянув на кота, я проследила за его выразительным взглядом. Для этого пришлось запрокинуть голову и обратить своевнимание на обшарпанную, вымытую дождем вывеску, что висела на уровне третьего этажа. Там с трудом, но все же читалось «Приют Святой Магдалины».

Щеки мгновенно опалило жаром стыда. Агланья же упоминала про помощь приюту. И да, Машкин муж и правда не выглядел как плохой человек, но чтобы в нем столько оказалось хорошего…

Пожалуй, это даже немного бесило. По всему выходило, что со своей слежкой это я выступала в роли плохого человека. Я неосознанно повторила дурной поступок своей предшественницы, но и отступать уже было глупо.

Я не знала, как добраться обратно в поместье, так что путь для меня существовал один: притаиться, отсидеться рядом с каретой и отправиться уже испробованным способом домой.

К тому моменту, как мне удалось беззвучно отлипнуть от стенки экипажа, и Арсарван, и его кучер уже спустились вниз и скрылись за тяжелой дубовой дверью. Вслед за ними к лестнице потянулись носильщики с рынка. Одетые в одинаковые серые капоры, они сгибались под тяжестью свертков, ящиков и корзин.

Спрятавшись за каретой, я делала вид, что охраняю коней и транспорт от прохиндеев.

— Хозяу-йка, мы внутрь пойдем или нет? Я прямо-у чувствую, что мы все самое интересное пропускаем! — заныл котяра, высунув нос из кармана. — Ну давау-й спустимся, а?

— Ты с ума сошел? Он же меня мигом узнает! — прошипела я, запихав кота поглубже.

— Так ты ему не показывайся. Занеси-у что-нибудь и спрячься.

Я от кота только отмахнулась. Через мост шел последний носильщик — других не видно было, а значит, ждать оставалось недолго. Однако едва средневековый доставщик добрался до кареты, стало понятно, что он от меня чего-то хочет.

Парень смотрел на меня прямо и решительно.

— Подсоби, а? Сейчас руки отвалятся, — произнес он, кряхтя.

И не дожидаясь моего ответа, вручил мне четыре ящика с крупами. У меня подкосились ноги, но носильщик шустро забрал половину ноши и едва не вприпрыжку сбежал по ступенькам вниз.

От такой наглости я потеряла дар речи.

— И чего-у стоим? — полюбопытствовал котяра, довольно мурлыкая. — Иди уже, а то-у еще подумают, что украсть собираешься.

Я сжала зубы.

— Если меня сожгут на костре или запрут в самой высокой башне, так и знай, я заберу тебя с собой!

По ступенькам вниз я спускалась осторожно, чувствуя, как мышцы спины натягиваютсяпод невыносимой тяжестью. Всего два ящика занимали обе мои руки, но при этом целиком перекрывали вид на мое лицо, имея внушающую уважение высоту.

Правда, когда я спустилась, вышла заминка. Мне самой дверь было никак не открыть, но на помощь пришел кто-то из доставщиков. В небольшом предбаннике мы с ним с трудом разминулись.

Выбравшись в коридор, в котором оказалось на порядок светлее, я изогнулась так, чтобы хоть что-нибудь рассмотреть. Впереди буквально в шести-семи шагах от меня стояла приятная, как сдобная булочка, женщина со светлым лицом и темно-серой шалью на плечах. За въевшимися в кожу следами усталости проглядывалась былая красота.