Книга Марианна. Попаданка в нелюбимую жену, страница 87 – Дора Коуст

Бергамот выразительно посмотрел в сторону Арса. В его глазах так и читалась бегущая строка: «Вот сейчас посмотрим, как ты запоешь!»

Прикрыв глаза ладонью, я тяжело вздохнула. Ночь закончилась, утро прошло, а между этими двумя ничего не изменилось.

— Его еда стоит в миске на кухне, — невозмутимо сообщил граф, не поднимая глаз от чашки.

— Но это-у ущемление моих прав! — надулся кот. —Я не одобря-у эту серо-зеленую субстанцию. В конце концов, она издает подозрительный запах! Мне как полноценному члену семьи…

Я закатила глаза. Заняв свое место, громко позвала Имку, перекрикивая пылкую речь Бергамота. Девушка возникла в дверях почти сразу, будто караулила в коридоре.

Я мягко ей улыбнулась.

— Принеси, пожалуйста, чистое кухонное полотенце и пустую кошачью миску, — попросила я вежливо.

Но Имка не ринулась выполнять мою просьбу. Она на мгновение замерла, а ее вопросительный взгляд скользнул к графу.

Тот едва заметно кивнул.

Получив одобрение от хозяина, служанка скрылась в коридоре.

— За столом кота не потерплю, — тихо сказал Арсарван, едва двери закрылись.

— А я не потерплю обысков от служанки в своей спальне, — так же спокойно ответила я.

Мы оба тактично промолчали, источая лучи благодушия и любезности. Прямо-таки благовоспитанное семейство середины девятнадцатого века.

Имка вернулась быстро. Поблагодарив ее за проворность, я отпустила девушку, словно мое слово в этом доме хоть что-нибудь значило, а затем согнала Бергамота со стула. Он этим фактом был искренне возмущен, но выпендриваться поостерегся.

Накрыв сидушку кухонным полотенцем, я водрузила пустую миску сверху и от души наложила котяре каши. В качестве лакомства выступили вареное яйцо и тонкий кругляш колбасы.

Кот осмотрел предложенное критичным взглядом. Склонив голову набок, он попытался заглянуть мне в самую душу:

— Что-то колбау-ска совсем просвечивается.

— Если хочешь, я съем ее сама. — предложила я невозмутимо.

— Нет-нет, меня-у все устраивает, — быстро ответил кот и, наконец, приступил к трапезе.

Переглянувшись, мы с Арсарваном молча и одновременно потянулись к пузатому горшку с кашей. Хотел ли он в этот момент поухаживать за мной, узнать мне было уже не суждено. Мне уступили право первой взяться за большую ложку.

Несколько минут царила почти идиллическая тишина, нарушаемая только чавканьем Бергамота и редким звоном ложки о тарелку. Да-да, мои манеры оставляли желать лучшего, но оно как-то само получалось.

— Завтра у нас ужинают герцог с супругой, — напомнил граф, вытирая губы салфеткой. — Его секретарь подтвердил визит.

— Тот самый секретарь? — уточнила я, не удержавшись от улыбки.

— Надеюсь, у него хватит ума не являтьсяв наш дом, — буркнул Арс, вновь коснувшись чашки.

Я же подмечала мельчайшие детали. То, как он сидел, как уверенно использовал приборы, как держался. Никаких локтей на столе. Ровная спина, не выпяченная грудь. У него получалось завтракать естественно, но словно с ноткой благородной изысканности.

— А если не хватит? Я не потерплю мордобоя при детях.

По лицу Арса вдруг пробежала тень непонимания, а затем еще одна — осознания. Он явно забыл о наших маленьких гостях.

— Я перенесу их приезд. — Убрав салфетку с колен, Арсарван поднялся, намереваясь уйти.

— Ни в коем случае, — возразила я, решительно отложив приборы. — Я дала слово управляющей приюта и обязательно сдержу его. Дети никак не помешают вашему ужину.