Книга Чайная госпожи Тельмы, страница 93 – Дора Коуст

— Когда потом? Когда я поведутебя на костер?

Это была пощечина, удар, который я не заслужила. Я не сделала ровным счетом ничего для того, чтобы Робиан так со мной говорил. Но прежде, чем прекратить эти бессмысленные препирательства, я хотела узнать кое-что важное для себя.

— Когда ты понял, что я ведьма? Когда уверился в этом окончательно?

— Тельма, ты правда хочешь узнать это именно сейчас? — растер он ладонями лицо, будто пытался взять себя в руки. — Меньше чем через полчаса здесь будет сотня инквизиторов, упрямая ты ведьма!

— Когда? — повторила я настойчиво.

— Сразу. Я. Понял. Это. Сразу, — отчеканил он каждое слово, а от злости его скулы выделились, обрели четкие границы. — Запах, Тельма. Я оборотень. И я чувствую не только запах зла. Я ощущаю запах ведьм. Запах магии. Тысячи разных ароматов. А теперь убирайся отсюда. Быстро!

Но мне этого ответа оказалось мало. Чисто женское любопытство требовало знать кое-что еще — очень важное:

— А когда ты понял, что уже любишь меня?

Робиан молчал, будто кошка прикусила ему язык, но взгляд его неожиданно смягчился. На губах заиграла легкая робкая полуулыбка.

— Для чего ты тянешь время, Тельма? — спросил он спокойно, даже размеренно.

— Значит, не любишь? — поинтересовалась я с притворным сожалением.

Молчание длилось еще мгновение. Три удара сердца — ровно столько я насчитала, мысленно обрывая нашу связь с Дифенсом, закрепляя ее на собственный источник на случай, если мне все-таки не удастся выбраться из леса, объятого пламенем.

Мой фамильяр будет жить, что бы ни случилось. Знала: горожане его не оставят и позаботятся, хотя прокормить его им будет невероятно сложно.

— Я понял это в тот день, когда ты принимала роды у дочери мэра, — ответил Робиан скованно, будто нехотя. — Увидев младенца у тебя на руках, я вдруг захотел, чтобы это был наш малыш. А теперь прощай, Тельма. Тебе не стоило признаваться, не стоило проходить через инициацию. Мою память по возвращении будут читать.

— Ну и пусть читают, — легко пожала я плечами и счастливо улыбнулась, поймав метлу за древко одной рукой. — Я ведь тебя опоила, ты просто не помнишь. Держитесь от огня подальше, господин Страйкс. Это мой город, и я буду его защищать. Хотя нет… Лучше я перестрахуюсь.

Прошептав слова древнего наговора, что хранился в нашем семейном гримуаре,я подняла в воздух ствол упавшего дерева и отпустила его ровно над головой инквизитора. Получив нехилый удар, инквизитор обмяк, так ничего и не успев сделать. Магия в его ладонях зародилась и погасла.

Жаль, потому что мне было искренне любопытно, что именно он собирался предпринять. Но теперь я этого никогда не узнаю.

Проверив пульс на его шее, я оседлала метлу и впервые за многие месяцы взвилась в небо. Ощущение свободы, счастье, дух полета — они захватили меня без остатка. Мой плащ уже было не вернуть, но я не чувствовала холода, только не сейчас. Рядом находился мой источник, а потому магия струилась, горела в моих венах, наконец имея возможность отряхнуться от длительного сна.

Сотни заклинаний, тысячи наговоров. Травы, зелья, снадобья, порошки. В голове то и дело вспыхивали новые знания. Гримуар нашей семьи передавал страницу за страницей, пока я летела над лузгающим пламенем, чьи языки пытались добраться до меня.

Столько силы, столько возможностей. После инициации ведьма получала накопленный опыт всего своего рода. Мне бы хоть немного времени — переварить, закрепить, рассортировать. Но у меня не имелось даже лишней минуты. Я и так потратила непозволительно много на беседу с Робианом, пока ждала метлу.