Книга Жена светлейшего князя, страница 78 – Лина Деева

Лагерь был тёмен и пуст — лишь луна висела над озером, и в её призрачном свете Волчий камень выглядел пугающе живым. Мне вспомнилосьнедавно прочитанное предание о Гайтраше — огромном чёрном псе, подстерегающем неосторожных путников, — отчего я с радостной торопливостью нырнула под полог княжеского шатра. Геллерт зажёг светильник и, занявшись маленькой жаровней, через плечо обратился ко мне:

— Вы голодны? Желаете подкрепиться?

— Нет, спасибо, — я и в самом деле не хотела есть.

— Тогда позвольте за вами поухаживать.

Геллерт помог мне избавиться от плаща, верхнего и нижнего платьев. И хотя в его действиях не было ничего, кроме заботы, каждое случайное прикосновение к обнажённой коже обжигало сильнее пламени Бельтайна. И потому, когда из высокой причёски были вынуты гребни и шпильки, а освобождённые пряди рассыпались по плечам светлым водопадом, я решилась.

— Вы останетесь?

— Не сегодня, — Геллерт обнял меня и ласково поцеловал в лоб. — Отдыхайте, завтра снова в дорогу.

«Если бы княгиней была Сиарра, — царапнула неприятная мысль, — она, несомненно, сумела бы переубедить супруга. Не словами, так действиями».

— Хорошо.

Мне сделалось противно — то ли от себя, то ли от воспоминаний о неприкрытом флирте сестры герцога Кератри. И Геллерт это заметил.

— Будут ещё Бельтайны, — утешил он, легонько подталкивая меня к постели. — Ложитесь, пока не замёрзли. Оставить светильник или погасить?

— Погасить, — безуспешно стараясь спрятать разочарование, я послушно забралась под тёплый мех.

Вскоре темноту шатра рассеивал лишь слабый отблеск углей в жаровне. Геллерт подошёл ко мне и, склонившись, невесомо коснулся губами губ.

— Доброй ночи.

И его непроницаемо чёрный силуэт исчез за пологом шатра.

Я знаю, что будет дальше, и всё равно иду вместе с Кристин-из-прошлого на не особенно умную ночную прогулку. Глубоко вдыхаю запахи воды и трав, иногда различая среди них тонкие ноты кострового дыма. И готовлюсь — к стене за пологом? к правде? Сама не знаю.

И вот передо мною шатёр. Ни о чём не подозревающая Кристин откидывает плотную ткань и…

Я откинула плотную ткань полога, шагнула вперёд — и одновременно по шатру пронёсся порыв силы Источника, заставив ярко вспыхнул огонёк светильника. Который беспощадно озарил княжеское ложе, склонившегося над ним Геллерта и возлежавшую среди мехов и простыней Сиарру Кератри. Бесстыдно обнажённая, она обнимала Геллерта за шею в попытке увлечь вниз, и её молочно-белая кожа будто светилась сама.

Меня замутило — то ли от картины, то ли от тяжёлого, приторного запаха, стоявшего в шатре. А Сиарра, заметив, что на сцене появилось ещё одно действующее лицо, встретилась со мной глазами. И ни капли не смущённая хищно улыбнулась, показывая идеальный жемчуг зубов.

«Убирайся! — Чужая мысль ударила мне точно в межбровье. — Он тебя обрюхатил и больше ничего не должен. Так что пошла вон!»

Геллерт, тоже моё почувствовав присутствие, начал было оборачиваться, но Сиарра с неожиданной силой повернула его голову к себе и впилась в губы страстным поцелуем. А я, не в силах смотреть на это, опрометью выскочила из шатра.

…не в силах смотреть на это, я выскакиваю — вываливаюсь — из воспоминания, но не из сна. Отшатываюсь от обманчиво спокойной глади лужицы, неловко плюхаюсь на траву и немедленно переворачиваюсь на четвереньки. Меня тошнит, просто ужасно тошнит, но вместо рвоты из горла рвётся сухой, не приносящий облегчения кашель.