Книга Попаданка для чудовищ. Без права голоса, страница 4 – Тина Солнечная

Я яростно замотала головой.

На лице мужчины впервые дрогнула тень эмоции. Словно его ледяное спокойствие дало трещину.

Мужчина медленно провёл ладонями по лицу, будто стирал с него усталость или раздражение. Вздохнул, опустил руки и посмотрел на меня так, словно я была самым глупым созданием из всех, что онкогда-либо видел.

— Ладно, — бросил он коротко и сделал какой-то резкий пасс рукой.

Карета дрогнула… и исчезла. Просто растворилась в воздухе, будто её никогда и не было. Я с немым криком грохнулась на землю, больно ударившись копчиком.

Я схватилась за задницу, поморщившись, а он стоял надо мной абсолютно невозмутимо, будто это была мелочь.

— Теперь кареты нет, — произнёс он холодно. — Вставай и пошли.

Я не успела даже подумать, как его ладонь схватила меня за предплечье и легко подняла на ноги. Слишком легко, будто я весила меньше перышка. От его прикосновения по коже побежали мурашки — не от нежности, а от силы, от которой нельзя было вырваться.

Он не стал ждать моего согласия. Просто развернулся к замку и потащил меня за собой. Его шаги были быстрыми, уверенными, а я едва поспевала, спотыкаясь о край тяжёлого платья. Попробовала выдернуть руку — бесполезно, его хватка была железной.

Холодные каменные ступени вели к массивным воротам, и каждое моё движение казалось шагом в ловушку. Когда мы пересекли порог, он наконец отпустил меня.

За спиной с грохотом захлопнулись створки дверей, и эхо этого звука прокатилось по всему залу. Я дёрнулась, обернулась — двери выглядели так, будто вырезаны из цельной скалы.

А потом я осмотрелась.

Внутри замок оказался ещё страшнее, чем снаружи. Высоченные потолки, скрывающиеся в темноте. Каменные колонны, утыканные коваными факелами, чьё пламя горело нереально ровно, будто не зналo ветра. Пол из чёрного камня отражал отсветы огня, как зеркало. Сверху свисали тяжёлые гобелены, изображавшие сцены, которые я предпочла бы не рассматривать — слишком много крови и чудовищных фигур.

Воздух был холодным и влажным, пахнул сыростью и железом. Каждый шаг отдавался гулким эхом, будто замок жил своей жизнью и слушал нас.

Я застыла посреди огромного зала, не зная, что делать, сердце билось в висках. Всё казалось сном, но слишком явным, слишком настоящим, чтобы проснуться.

Он остановился в паре шагов и снова повернулся ко мне. Его ледяные глаза скользнули сверху вниз, задержались на моём лице, потом на руках, на платье, будто проверяя, всё ли с «жертвой» в порядке.

Я невольно выпрямилась, хотя сердце колотилось так, что казалось, грудь сейчас вырвется наружу. Вблизи он выглядел… да никак он не выглядел чудовищем. Мужчина как мужчина. Высокий, крепкий, красивый, с правильными чертами лица и безупречной осанкой. Даже слишком правильный. Если бы не холодный взгляд и это равнодушие во всём, он мог бы сойти за аристократа с какой-нибудь старинной картины.

Он скрестил руки на груди, окинул меня взглядом и вдруг произнёс с оттенком раздражения:

— Что, нормально зайти нельзя было?

Я распахнуларот, собираясь ответить, но из горла не вырвалось ни звука. Только беззвучное движение губ.

Мужчина нахмурился. — Ты что… немая? — в его голосе впервые проскользнула тень удивления.

Он прищурился, словно проверяя, не обманываю ли я его. На миг в холодных глазах мелькнула растерянность — будто он ожидал чего угодно, но только не этого.