Книга Пообещайте мне любовь, страница 4 – Анюта Тимофеева

«Как… как эти мелкие такое терпят? Ведь, получается, это правда — новый гарем — новая прописка… мне двадцать четыре, и я чувствую, что сейчас сдохну… или надо привыкать к этому с малькового возраста… мерзость какая…» — проклятая тряпка мешала двигаться, отбиваться, дышать, но почему-то не дала потерять сознание хотя бы от нехватки кислорода. А в голову мысли лезли совершенно ненормальные — какое ему сейчас дело до судьбы мальков, меняющих гаремы? Его собственная задница должна волновать.

Наверное, калечить его они не собирались — госпожа ведь собиралась вызвать его завтра утром, поэтому по-своему позаботились перед изнасилованием — щедро шлепнули смазки. Но к дикому, совершенно нереальному унижению все равно добавилась такая же дикая боль — он не собирался признаваться, что это его первый раз в таком положении. Наверное, это знание доставило быего насильникам дополнительное удовольствие — так что хотя бы этого он их лишил. А у него… да, вот такой первый раз.

Тряпку с него сдернули и поток кондиционированного воздуха обдул мокрое и разгоряченное лицо. Руки тоже отпустили. Эрик пытался проморгаться от пелены в глазах, дышал и не чувствовал ничего. Кажется, он даже как говорить, забыл. Кажется, он в этом гареме и не говорил ничего, не успел как-то…

Из мутной пелены перед его лицом появилось чье-то лицо: блондин, с характерными сросшимися бровями… впрочем, они все здесь такие, похожие. Эрик хотел как-то дернуться, отодвинуться, а потом передумал. Он просто смотрел.

— Слушайте, мы не перестарались? — озабоченно спросил склонившийся над ним. — Ну, кажется, дышит. А вдруг госпожа завтра передумает и нас накажет?

— Да, вроде бы, следов и нет… Когда еще инопланетника отымеешь? А он же, похоже, будущий муж, так что прописка должна быть. Может, завтра госпожа, и правда, запретит его трогать?

— Так, разошлись все, развлечения закончились, — послышался еще один голос. — А ты, — обратился он уже к Эрику и, наверное, это и был Старший по гарему, раз он командовал, — вон там, в углу, душ, приводи себя в порядок. Ляжешь здесь, пока тебе не велели комнату выделить.

Наверное, действительно было поздно, потому что гаремники быстро разошлись, а, может быть, они не хотели оставаться здесь — мало ли, вдруг игрушку испортили слишком сильно и накажут того, кто первым на глаза хозяйке попадется.

Эрик немного полежал, собираясь с силами, причем именно в этот момент проклятое сознание решило, что можно бы его покинуть, нет, чтобы раньше… но ему удалось привести себя в чувство и по стенке дойти до дущевой кабинки. Там он стоял то ли под теплыми, то ли под холодными струями, стараясь отмыться. Он намыливался каким-то гелем, в первый момент чуть не закричав он боли, когда вода и мыло попали на израненную кожу. Потом как будто подействовало обезболивающее — видимо, он просто притерпелся к боли.

Выбравшись из душа, он понял, что так, голым, и пойдет в свой угол, где виднелась кучка одежды. К счастью, в гаремном зале действительно никого не было. Он с трудом натянул на влажное тело рубашку и штаны, которые даже не порвали, и только тут вспомнил о браслете с часами-мобильником. К счастью, модель была водоотталкивающая,поэтому выдержала купание. Она даже броски и удары в драке выдержала, хорошо, что в его доме на таких вещах не экономили.