Книга Шлейф сандала, страница 192 – Анна Лерн

Высокую фигуру Давида в темной одежде я увидела сразу. Он стоял спиной ко мне под большой ивой. Такой величественный и мужественный, что у меня сжалось сердце от несправедливости этого мира.

Князь словно почувствовал мое приближение. Он резко обернулся, но не двинулся с места, жадно глядя на меня своими черными жгучими глазами. Я тоже остановилась, будто передо мной протянулась невидимая черта, которую невозможно переступить. Мы стояли и смотрели друг на друга несколько минут, но мне показалось, что прошла целая вечность.

Давид первый нарушил это мучительное молчание. Князь шагнул ко мне и вежливо склонил голову.

— Добрый день. Я рад снова видеть вас.

Такое банальное приветствие… Но его глаза говорили куда более красноречиво. Они говорили столько всего, что мое сердце готово было выпрыгнуть из груди.

— Здравствуйте, ваше сиятельство, — поздоровалась я, ощущая в легком ветерке его аромат. В голове промелькнула мысль, что князю пошел бы Dior Homme Parfum. Я даже представила, как он ляжет на его смуглую кожу. Сотканныйиз древесных пряных нитей, этот аромат был до мурашек дразнящим. — Вы хотели поговорить со мной?

— Да… Может, нам лучше присесть? — Давид кивнул на толстый ствол поваленного дерева. — Это будет очень непростой разговор.

После этих слов я немного напряглась. Что еще могло случиться, что князь лично решил поговорить со мной?

Мы присели на теплое от солнца дерево, и наши плечи соприкоснулись, но ни я, ни он не сдвинулись с места.

— Прежде чем я начну, позвольте спросить у вас… — взгляд князя стал внимательным. В нем мелькнуло сочувствие. — Вы любили своего отца?

— Отца? — я немного растерялась. Стоп. Он имеет в виду отца Ольги Черкасовой.

— Д-д-а… Я любила его, — немного заикаясь, ответила я. Но сразу же расслабилась. Наверняка так и было, ведь если судить по разговорам мачехи и Николя, Черкасов в дочери души не чаял. — А почему вы спрашиваете?

— Потому что этот разговор касается именно вашего отца, — сказал Давид. Я видела, что он колеблется, словно не зная, как лучше преподнести мне какую-то новость.

— Но он умер.

— Да, но умер не ваш отец, а человек, которого вы считали своим отцом, — князь повернулся ко мне всем корпусом и взял за руки. — Я имею все основания утверждать, что вы дочь совершенного другого человека.

Что? Что-о?! Он что, разыгрывает меня? Но я прекрасно понимала, что князь не тот человек, который станет так глупо шутить.

— Объясните мне, что происходит? О чем вы говорите? — я в нетерпении уставилась на него. По большому счету мне было все равно, кто мой отец, лишь бы это не несло угрозы мне и моей семье. Но все равно новость оказалась о-очень неожиданной.

— Ваш отец граф. Загорский Павел Васильевич, — Давид волновался больше моего. Возможно, он переживал, что я рухну в обморок или забьюсь в истерике. По крайней мере, так поступило бы большинство барышень этого времени. — Позвольте мне рассказать вам все, что я знаю.

— Да уж извольте… — вот тут-то меня одолело любопытство. Значит, граф? Ишь, ты… Ничего себе повороты судьбы!

Князь рассказал мне удивительную историю, слушая которую, я медленно, но верно впадала в ступор. Сама по себе она уже оказалась невероятной, но расследование Давида впечатлило меня куда больше. Он переживал, он заботился о моей безопасности!