Книга Негодный подарок для наследника. Снежные узы, страница 224 – Мария Вельская

Слёзы высохли. Я не покажу никому своих слёз. Сознание смутно отмечало, что мы в какой-то зале с высокими сводами. Белоснежная лепнина на потолке. Фреска богини — девушки в светлом персиковом одеянии, за чьей спиной восходит солнце.

Пахло травами.

Кто-то схватил меня за вторую руку — и сознание обрело чёткость.

Мать Вэйрина. Красота этой женщины как будто потрескалась, потускнела. Губы побелели, посерела кожа, осунулось лицо. И только взгляд был прежний — цепкий, ясный, волевой.

Я ожидала многого. Но не того, что она бросится ко мне и крепко сожмет мои ладони в своих.

— Он выживет. — Отчаянное. Уверенное.

Госпожа Минно-Шао верила в своего сына так же истово, как в то, что за закатом следует рассвет.

Я застыла на миг. Застряла в коридоре, обитом мягкими тканевыми обоями лазурно-зелёного цвета с рисунками лодки в камышах.

— Что произошло? — Мой голос звучал ломко, звонко. Я должна была знать.

— Нианзу… тварь, — будущая свекровь в выражениях не стеснялась ни в коей мере, — пусть сожрут егодушу снежные гули! Принц Нианзу, — сжались тонкие пальцы, побелела нежная кожа, — напал на Вэйрина во время посещения сыном Башни заклинателей. Одного из заклинателей подчинили магией разума, а Нианзу взял с собой магов… Все заклинатели оказались заперты в башне, обычные стражи не успели прийти на помощь. Его телохранителя тяжело ранили…

Сердце заныло с новой силой. Я до крови укусила себя за щёку изнутри.

— И Вэйрин сам едва не погиб. Сейчас он в тяжёлом состоянии. Но лучшие целители…

— Нианзу мёртв, как и его приспешники…

С тихим звоном рванула, в кровь раздирая сердце, ещё одна ниточка из каната нашей связи.

Может, это было невежливо. Вероятно, мне это ещё припомнят — потом, когда эта женщина придёт в себя и поймёт, перед кем продемонстрировала свою слабость.

Но сейчас я просто отодвинула её плечом — и бросилась туда, где уже скрылся фэйчи.

Здесь не пахло тленом и смертью — лисица к запахам была чувствительна. Но лежал тяжёлый аромат если не обречённости, но тревоги.

Одноместная палата. Видимо, Дэйлун лежал в другой.

Знакомый мне целитель Йонгши и ещё двое немолодых мужчин в светло-зелёных мантиях. Все столпились около постели. Сердце бешено забилось, сошло с ума. В глазах потемнело. Весь мир снова выцвел — и только тёмная макушка фэйчи и ворчание Смолли, который успел спрятаться у меня на поясе, немного скрашивали происходящее.

Шаг. Ещё шаг.

Я ожидала увидеть всё, что угодно. Я готовила себя к самому худшему. Сложно не готовить, когда только что побывала мечтой таксидермиста — изнутри на себя ощутила все прелести работы шкуродеров.

Серебряная ртуть чужих глаз переливалась ярко, затапливала всё вокруг. Белые тугие повязки, покрытые десятками талисманов, обхватывали всю левую половину торса. На лице длинная царапина.

Взгляд метнулся ниже. Что там на ногах — неясно. Одеяло мешает разглядеть.

Я бросилась к нему.

— Убью. Сама, — выдохнула, — я тебя люблю, Вэйрин Эль-Шао, змей паршивый!

Наши пальцы соединились. Боль исчезла. Связь вспыхнула ярче тысячи солнц.

— Она назвала Его Высочество, да благословит Мать Рассвета его долгой жизнью, "пар…" — не могу произнести! — Возмутился кто-то вдалеке.

Я залезла на постель, сбросив быстро сапоги, и прижалась к здоровому боку мага. Серебристая макушка легла мне на колени.Вэйрин Эль-Шао поморщился — и прижмурился, как довольный кот. На умирающего он походил сейчас не слишком.