Книга По ту сторону бесконечности, страница 69 – Джоан Ф. Смит

После обеда я первой пришла в кабинет биологии и скользнула на свое место за столом, рассчитанным на троих. У мистера Фрэнсиса, работавшего в школе последний год, был самый богато украшенный класс из всех, где я была сегодня. На стенах висели постеры со всякими биошутками («Два открытых перелома решили встретиться, но как-то не срослось»– это было написано шрифтом, изображавшим кости. Или, например, постер с мультяшной клеткой, сжимающей в ручках ядро, и надписью: «Ненавижу делиться»).

Ник замешкался на пороге, затем увидел меня и помахал рукой. По моим венам заструилось тепло, словно от горящей свечи. Над открытой дверью висел пожелтевший листок бумаги с надписью:

Ник в дверном проеме – живой организм.

Живой. Не мертвый.

Весь свет, что лучился в моем теле, погас.

В теории хаоса «эффектом бабочки» называют ситуацию, когда одно маленькое изменение влечет за собой изменения куда более серьезные. Кратчайшая пауза между взмахами крыльев бабочки приводит к возникновению торнадо через несколько недель.

Теперь эти бабочки превратились в куколок и приклеились к моим нервным окончаниям.

Тик-так. Время идет. Тик-так.

Я все ждала, что же поможет мне понять, как спасти жизнь Ника. Он подошел к моему столу, лицо его расплылось в улыбке – он совершенно не подозревал, что каждую ночь в моей голове пляшут видения его смерти

(футболка, кровь, его изумленные, испуганные глаза).

Нервы потрескивали, я постукивала ручкой по лакированной поверхности стола, в тысячный раз перебирая все возможные варианты. Я не знала о предстоящей смерти Ника до тех пор, пока не сломала паттерн, не воспользовалась свободой воли и не спасла жизнь мистеру Фрэнсису.

Небольшое изменение – спасение этого крупного, широко улыбающегося мужчины, сидящего во главе класса, со щеками, похожими на румяные яблочки, и волосами цвета соли и перца – стоило мне всего, но дало шанс влюбиться.

Я с такой силой вдавила ручку в стол, что она согнулась пополам. Каждый раз, когда я обдумывала возможные варианты, у меня получался ноль.

Ник опустился на стул рядом со мной, Мэверик – рядом с ним.

– Похоже, у нас совместный урок.

– Поправка, – сказал Мэверик. – У нас самый лучший совместный урок.

Мейзи, Стелла Роуз и Кэрри просочились в класс и заняли стол перед нами.

– Чудесный первый день. – Я прищурилась на свое расписание. Оно гласило: «Факультатив: человековедение».

– Я ждала этого урока целую вечность, – сказала Мейзи.

– Вот она меня понимает, – заметил Мэверик.

– Я думала, мистер Фрэнсис преподает биологию, – сказала я.

– Ага, – ответил мистер Фрэнсис. – Не говорите администрации, но человековедение – мой любимый предмет. – Он подмигнул. – Здесь мы будем изучать сложную науку: что значит быть человеком. Как вы знаете, я преподаю биологию, а то, что я человек, неплохо с этим соотносится, не так ли? – По классу пронеслось согласное бурчание. – Сколько в вас энтузиазма. – Мистер Фрэнсис потер руки. – На этом курсе нет тестов. Один или два домашних проекта в каждом семестре. А в остальном мы будем с вами беседовать. Слушать. И задавать вопросы. – Он сделал паузу. – Мы будем сопереживать. Признавать свои недостатки и то, что у нас бывают предубеждения. Будем развиваться и двигаться вперед.