Книга По ту сторону бесконечности, страница 78 – Джоан Ф. Смит

Валун.

– Валун.

А какого он был размера?

– Такой большой, что, когда какая-то малышка приложила к нему ладони – вот так, плашмя, – она даже не смогла дотянуться до того места, где валун изгибался вверх. Размером с дом.

Как он туда попал?

– Вот ведь загадка, да? Прилив никогда не поднимался так высоко, а если бы и поднялся, то потребовалась бы волна цунами, чтобы принести этот валун на берег. Даже в те времена были дома с видом на океан, и они не пострадали. В округе не было насыпей и волнорезов. Словно само небо разверзлось, уронило каменный шар на землю и позволило песку принять его в свои объятия. А может быть, песок разверзся и родил этот камень размером с дом.

Бессмыслица какая-то.

– Нет, у всего на свете есть смысл, милая.

Почему?

– Не знаю. Но, так или иначе, репортеры приезжали и писали о валуне. Гадали, из другого ли он мира или это какая-то шутка. Но люди были возмущены, Десембер.

Зачем кому-то злиться на камень?

– Проблема, которая лежала на поверхности, была понятной. Валун занимал так много места, что большинству отдыхающих приходилось идти на другой пляж – или приезжать рано утром. Но главная проблема заключалась в том, что люди боялись валуна.

Боялись?

– С самого начала времен история рассказывает нам об одних и тех же истинах. А тут никто не знал, откуда взялся валун, и это пугало. В большинстве случаев люди боятся того, чего не понимают.

Ник

У моих родителей есть договоренность: папа готовит, а мама покупает продукты. С тех пор как мне было лет десять, мы с мамой соревновались в беге по магазину на время. Я начинаю с первого ряда, а она – с последнего, и мы двигаемся к середине. Кто первый дойдет до шестого ряда – там полки с лакомствами – со всеми необходимыми покупками, тот выбирает десерт. Круглый год мама выбирает этих ужасных пряничных человечков. Я предпочитаю швейцарские рулеты, если только это не осень. Тогда я сразу же отправляюсь к пончикам с корицей и яблочным сидром.

Сейчас я мчался в конец пятого прохода, набив рот дегустационными кусочками нового гибрида яблок «Медовый гуру». В ушах у меня были наушники, из которых доносились звуки нового выпуска «Любителей загадок». Я не ошибся с разгадкой преступления на прошлой неделе: преступник украл из почтового ящика набор для анализа ДНК и разбрызгал чужую ДНК на месте преступления.

Я досадовал на себя за то, что взял корзину, а не тележку. Папин рецепт чили включал в себя продукты из четырех рядов: зеленые перцы, халапеньо, лук и кучу банок – три вида фасоли, два – резаных томатов.

Я был уверен, что мама опередит меня в шестом ряду. Когда я обогнул полки, заваленные кукурузными чипсами, и заметил ее темно-русый хвост и длинный свитер, то подумал только об одном: опять эти чертовы пряники.

Но к чему я не был готов, так это к тому, что она будет разговаривать с миссис Давтейл, моей прошлогодней учительницей по истории. Учительницей, которую я сознательно избегал в своих ежедневных прогулках по коридорам школы Вудленд-Хай.

Я проглотил кусочек яблока, которое оказалось таким вкусным, что лучше не придумать. Хрустящее, гладкое, сладкое. Фантастика. До конца жизни я, наверное, буду ассоциировать этот вкус с острым чувством вины.

Мама посмотрела в мою сторону и помахала рукой. Я заставил свои ноги повиноваться мозгу и двинулся к ней. Забавно, что теперьони меня послушались.