Книга Оставленная у алтаря, страница 48 – Ивина Кашмир

Проснулась от нестерпимого жара. Тело покрылось потом. Дышать тяжело. Такое ощущение, что я... уснула прямо в камине.

Что за...?

Разлепляю глаза. Моргаю, прислушиваясь к своим ощущениям.

Почему так жарко-то?

Когда до меня доходит, что Риан лежит сзади, а его рука обнимает меня за талию, паника накрывает с головой.

А ведь его рука не просто покоится на моей талии, она ещё каким-то неведомым образом оказалась у меня под пижамой.

Мой нечеловеческий крик заставляет принца сонно заворочаться.

— Что такое? — хрипло спрашивает.

— Ты... — я подавилась воздухом. — Ты зачем... лёг рядом? — я цепляюсь за его руку и пытаюсь отодрать её от своей талии.

— Стало холодно, — невозмутимо отвечает.

— Убери руку, — сдавленно говорю, всё больше погружаясь в пучину неловкости и растерянности.

Он усмехается и убирает ладонь.

А потом... резко перекатывается на бок, нависает надо мной, отчего я, вздрогнув, падаю на подушку.

— Ты очень красивая, — хрипло шепчет он, сверкнув глазами.

Я не успеваю ничего ответить — снаружи раздаётся резкий стук, заставляющий меня вздрогнуть.

У меня горели уши. И не только уши — щёки тоже пылали. Всё из-за действий одного наглого мужчины.

Да как он мог улечься рядом, да ещё и лапать меня?

Просто уму непостижимо…

«Холодно ему стало», видите ли. Да ни капельки я не верю.

Риан явно задумал какую-то пакость. Может, он и изменился, но своё хобби — доставать меня — так и не бросил.

Я вижу, как лукаво горят его глаза, когда он смотрит на меня.

И это взрослый мужчина. Наследник престола. При этом с привычкой проворачивать детские шалости этот здоровый лоб всё никак не хочет расставаться.

Самое ужасное, что он даже не извинился. Лишь усмехнулся, видя, как я горю от ярости, и со вздохом произнёс:

«Ари, не злись, я же не виноват, что ты такая тёплая. Что мне оставалось делать? Всю ночь мёрзнуть?».

Хотелось его стукнуть.

Но появление курьера с письмом от моей родни немного выбило меня из колеи, и о мести принцу пришлось забыть.

Роберт с Марленой узнали, что я получила должность при дворе, и пригласили меня на ужин. Также Роберт, осыпая меня поздравлениями, писал, что мои двоюродные сёстры, Роза и Рита, примут участие в отборе невест для Его Высочества.

Сбитая с толку, я долго стояла во дворе, сжимая письмо в руках.

Мои родственнички — лицемеры, каких ещё поискать надо. И на ужин пригласили только потому, что их «дорогая племянница» получила высокую должность. Удивляло другое: как Роза и Рита, будучи леди из малого дома, стали участницами отбора?

Для массовки, что ли?

Ведь папа Риана никогда не одобрит брак с той, которая ниже его сына по положению.

Так, мрачно размышляя обо всём на свете, я и начала свой рабочий день.

Поставила вариться омолаживающее зелье. Вчерашняя порция испортилась. Я не успела снять с огня, и оно мгновенно почернело, превратившись в вязкую жижу. При варке «эликсира красоты» надо почти неотрывно стоять перед котелком с поварёшкой в руках.

Все пальцы исколола, пока нарезала цветки гвейника. До мастерства отца мне ещё расти и расти.

Вытерев пот со лба, я закрыла котелок крышкой, оставляя томиться на часок, поправила фартук и потянулась к чашке с кофе.

Утром, кипя от гнева из-за действий Риана, я пропустила завтрак.

Но не успеваю поднести чашку к губам, как раздаётся стук в дверь.