Книга Обезьяна – хранительница равновесия, страница 91 – Барбара Мертц

Всё началось в полдень, когда обливавшиеся потом рабочие Неда наткнулись на нишу, содержавшую несколько больших кувшинов для хранения. Открытие само по себе было не настолько захватывающим, чтобы вызвать ликующий крик у нашедших; мы узнали о нём только после того, как Нед со своей бригадой прошёл мимо нас, направляясь домой.

– Уже заканчиваете? – спросил Эмерсон, идя им навстречу.

– Да, сэр. – Нед снял шляпу и откинул влажные волосы со лба. – Очень жарко, и я…

– Есть ли успехи?

Нам сообщили новость.

– Повода для радости нет, – добавил Нед. – Обычные кувшины для хранения – Двадцатая династия, кажется. Ну что ж, завтра жду встречи со всеми вами.

Эмерсон даже не соизволил дождаться, пока он скроется из виду. Я последовала за своим надоедливым мужем вокруг скального выступа и обнаружила, как он карабкается по обломкам. Проход находился на высоте добрых девяти метров над скалой, и когда я попыталась последовать за ним, Эмерсон махнул мне рукой.

Вернувшись, он заметил:

– Восемнадцатая династия.

– Почему ты так из-за этого переживаешь? – спросила я. – Отдельные находки такого рода попадаются постоянно. Грубые кувшины для хранения не могут содержать ничего интересного.

Эмерсон фыркнул, повернулся и посмотрел вверх по склону.

– Эмерсон, оставь их в покое! Это не твоикувшины. Предлагаю последовать примеру Неда и прекратить работу. Очень жарко, и я не хочу, чтобы у Абдуллы случился новый приступ.

Эмерсон без устали ругался, но у него самое доброе сердце на свете, и я знала, что мой призыв возымеет действие. Мы добрались до дома уже ближе к вечеру. Веранда, затенённая виноградной лозой, выглядела очень уютно после долгой поездки по жаре. Гор, растянувшись на кушетке, критически оглядел нас и принялся умываться.

Идея показалась мне превосходной. Я с наслаждением отмокла в своей чудесной жестяной ванне и переоделась в удобную одежду. Когда я вернулась на веранду, Фатима принесла чай. Нефрет расхаживала взад-вперёд, глядя на улицу.

– Они опаздывают, – сказала она.

– Кто? А, Рамзес и Давид? Не совсем. Рамзес не имеет понятия о времени, он будет работать, пока не стемнеет настолько, что носа своего не разглядишь. Присаживайся и пей чай.

Она повиновалась, но даже громадный Гор, тут же разлёгшийся у неё на коленях, не мешал ей ёрзать. Я вспомнила разговоры этой троицы, которые слышала утром, и у меня зародилось неприятное подозрение. Поскольку я не допускаю подобных мыслей, я высказала их открыто.

– Нефрет, ты что-то от меня скрываешь? Ты сегодня почему-то непривычно нервная. Неужели мальчики замышляют какую-то вылазку, которая может подвергнуть их опасности?

Эмерсон стукнул чашкой о блюдце.

– Проклятье! – воскликнул он, но не стал вдаваться в подробности, поскольку Нефрет заговорила первой.

– Насколько мне известно, они работают в храме Сети, как и обещали.

– О, – Эмерсон расслабился. – Мне бы очень хотелось, Пибоди, чтобы ты перестала нарываться на неприятности. Никто не беспокоил нас с тех пор, как нашли тело этого мерзавца. Он был зачинщиком других нападений; теперь, когда его… э-э… убрали, нам нечего бояться.

Я откинулась на спинку кресла, чтобы насладиться отдыхом; наши детективные беседы всегда очень увлекательны.

– Ты считаешь, что между этими нападениями и попыткой похитить меня в Лондоне нет никакой связи?