Книга Сердце Белого бога. Тенера, страница 12 – Рина Белая

— Завтра возвращается Селин, — сказала она чуть тише, но с оттенком значимости. — Думаю, мы могли бы всей семьей поехать на Весенний бал Цветущих Садов. Селин любит цветы. А я всегда восхищалась Лейрой Морвейн. Она снова будет выступать. Это мог бы быть для нас по-настоящему особенный вечер.

Светло-карие глаза смотрели на него спокойно, открыто, с оттенком теплоты, в которых читалось: и привязанность, и тонкая игра.

Виктор задержал на ней взгляд, затем медленно кивнул:

— Хорошая идея.

У меня челюсть чуть не отвалилась.

Он согласился. Сразу. Без споров. Без обычного «я подумаю» или «посмотрим по обстоятельствам».

Хелена разыграла свою партию безупречно — комплимент, внимание, взгляд, улыбка, нужные слова. Все — как по нотам. И, как итог, легко получила то, чего хотела.

Ведьма.

Кажется, именно так в этом мире называют женщин вроде нее.

Впервые за вечер ее светло-карие глаза скользнули по мне — взгляд короткий, но полный тихого торжества.

Она лишила меня целого дня, который я могла бы провести с Селин. Девочка приезжала в субботу после уроков, ближе к обеду, и уезжала в воскресенье вечером.

Это было жестоко.

Так кто из нас на самом деле посягнул на святое?

О, как же я злилась. Просто кипела от ярости.

В субботу Селин только переступила порог — и тут же начала собираться на эту их цветочную неразбериху. А в воскресенье, едва она открыла глаза, Хелена уже тащила ее на выставку, где показывали цветы, привезенные с какой-то инопланетной грядки. Кто-то, видимо, решил, что на Земле своей травы недостаточно, и непременно нужно притащить что-то экзотическое.

Конечно, Селин не могла устоять. Она чуть ли не визжала от восторга, рассматривая рекламную листовку.

А я? Я осталась одна. Снова. И моя злость кипела внутри, как буря, готовая вырваться наружу. Я ушла в лес — туда, где наконец могла отдаться своим инстинктам.

И вот он — молодой самец оленя.

Глупец решил, что сможет от меня удрать.

Тихо, почти беззвучно, я настигла его. Мои когти вонзились в его шкуру, зубы сомкнулись на горле. Я ощутила, как его жизнь ускользает, и в этот миг вся моя ярость вырвалась наружу.

Не знаю, сколько времени я провела в лесу, но когда вернулась, моя шерсть была покрыта кровью, а внутри царило странное почти пугающее спокойствие.

Селин и Хелена уже были дома — их белый автомобиль стоял во дворе, сверкая чистым боком. Мне совсем не хотелось, чтобы Селин увидела меня в таком виде, поэтому я сразу направилась к бассейну.

Не прошло и пары минут, как я почувствовала приближение.

Хелена.

Я выпрыгнула на деревянный настил и, не глядя на нее, отряхнулась.

Она не отступила. Только раскрыла свой черный зонт, словно щит между нами. Но через мгновение закрыла его… и откинула в сторону.

— Вьюга… — произнесла она.

Я насторожилась. Она никогда не звала меня по имени. И никогда прежде ее голос не звучал так… мягко?

— Давай остановим все это. Я предлагаю тебе мир.

Я не отреагировала, но она продолжила, словно и не ждала ответа.

— Я понимаю, как для тебя важно быть с Селин. И я больше не буду забирать ее только затем, чтобы позлить тебя.

А еще… я обещаю, что всегда буду звать тебя по имени. Больше никакого «чудовище». Не скажу ни слова против того, что ты вечно пачкаешь мой бассейн грязью и кровью. Я даже… разрешу тебе заходить в мою спальню… Нет, — она запнулась, — в спальню не разрешу. Но, если захочешь… я лично буду красить твои когти лаком.